Портреты жены пушкина натальи гончаровой

(Ïî÷åìó Êàðë Áðþëëîâ îòêàçàëñÿ ïèñàòü ïîðòðåò æåíû Ïóøêèíà)

Àëåêñàíäð Áðþëëîâ. Ïîðòðåò Íàòàëüè Íèêîëàåâíû Ïóøêèíîé-Ëàíñêîé (óðîæäåííîé Ãîí÷àðîâîé).Êîíåö 1831 – íà÷àëî 1832. Áóìàãà. àêâàðåëü. Âñåðîññèéñêèé ìóçåé Ïóøêèíà

   Ñ 1823 ïî 1835 ãîä Êàðë Áðþëëîâ æèë â Èòàëèè. Íî ïîñëå åãî âîçâðàùåíèÿ â Ðîññèþ ó íåãî áûëî âðåìÿ ïîçíàêîìèòüñÿ  ñ Ïóøêèíûì (Ïóøêèí ïîãèáíåò â 1837ã)
Ïîçæå Ïóøêèí è Áðþëëîâ  âñòðå÷àëèñü  íåîäíîêðàòíî  , î÷åíü õîðîøî îòíîñèëèñü äðóã ê äðóãó.Âîò  âûäåðæêà èç ïèñåì, ïîäòâåðæäàþùàÿ, ÷òî îíè áûëè çíàêîìû.

    À.Ñ. Ïóøêèí — Í.Í. Ïóøêèíîé, 4 ìàÿ 1836, Ìîñêâà:

«…ß óæå óñïåë ïîñåòèòü Áðþëëîâà. ß íàø¸ë åãî â ìàñòåðñêîé êàêîãî-òî ñêóëüïòîðà, ó êîòîðîãî îí æèâ¸ò. Îí î÷åíü ìíå ïîíðàâèëñÿ… Ó íåãî âèäåë ÿ íåñêîëüêî íà÷àòûõ ðèñóíêîâ è äóìàë î òåáå, ìîÿ ïðåëåñòü. Íåóæòî íå áóäåò ó ìåíÿ òâîåãî ïîðòðåòà, èì íàïèñàííîãî? Íåâîçìîæíî, ÷òîáû îí, óâèäÿ òåáÿ, íå çàõîòåë ñðèñîâàòü òåáÿ…».

Èç äíåâíèêà õóäîæíèêà-àðõåîëîãà Ô.Ã. Ñîëíöåâà (1801—1892 ãã.):

      «Ó Îëåíèíà ÿ âñòðå÷àëñÿ ñ È.À. Êðûëîâûì, Ê.Ï. Áðþëëîâûì, À.Ñ. Ïóøêèíûì, Ãíåäè÷åì, Æóêîâñêèì è ñ äðóãèìè áîëåå èëè ìåíåå èçâåñòíûìè ëèöàì腻.
Ïóøêèí âëþáèëñÿ â òâîð÷åñòâî Áðþëëîâà åù¸ äî âîçâðàùåíèÿ õóäîæíèêà â Ðîññèþ. Êàðòèíà “Ïîñëåäíèé äåíü Ïîìïåè” ïðèáûëà â Ðîññèþ ðàíüøå àâòîðà – â 1834-ì. Àëåêñàíäð Ñåðãååâè÷ ïîñâÿùàåò åé íåñêîëüêî ïîýòè÷åñêèõ ñòðîê. È äàæå áîëåå òîãî: íà ëèñòå ÷åðíîâèêà – âìåñòî îáû÷íûõ ïðîôèëåé è àâòîïîðòðåòîâ – îí íàáðàñûâàåò ôðàãìåíò êàðòèíû Áðþëëîâà (âîçìîæíî, íàèáîëåå âïå÷àòëèâøèé åãî ýïèçîä).

Âåçóâèé çåâ îòêðûë — äûì õëûíóë êëóáîì — ïëàìÿ
Øèðîêî ðàçâèëîñü, êàê áîåâîå çíàìÿ.
Çåìëÿ âîëíóåòñÿ — ñ øàòíóâøèõñÿ êîëîíí
Êóìèðû ïàäàþò! Íàðîä, ãîíèìûé ñòðàõîì,
Ïîä êàìåííûì äîæä¸ì, ïîä âîñïàë¸ííûì ïðàõîì,
Òîëïàìè, ñòàð è ìëàä, áåæèò èç ãðàäà âîí.
À.Ñ. Ïóøêèí

    Êîãäà Áðþëëîâ ïåðåáðàëñÿ èç Ìîñêâû â Ïåòåðáóðã, îáùåíèå ïîýòà è õóäîæíèêà ïðîäîëæèëîñü. Øèðîêî èçâåñòåí âèçèò Áðþëëîâà äîìîé ê Ïóøêèíó: ïîýò, áóäòî õâàñòàÿñü ñâîèì ñåìåéíûì ñ÷àñòüåì, ïîî÷åðåäíî âûíîñèë è ïîêàçûâàë æèâîïèñöó ñâîèõ ïîëóñîííûõ äåòåé. Áðþëëîâ íå âïå÷àòëèëñÿ è äàæå ðåçêî ñïðîñèë Ïóøêèíà, çà÷åì òîò âîîáùå æåíèëñÿ.

À.Ñ. Ïóøêèí — Í.Í. Ïóøêèíîé, 18 ìàÿ 1836, Ìîñêâà:

«…Áðþëëîâ ñåé÷àñ îò ìåíÿ. Åäåò â Ïåòåðáóðã ñêðåïÿ ñåðäöå; áîèòñÿ êëèìàòà è íåâîë腻.
Êàðë Áðþëëîâ çíàë öåíó ñâîåìó òàëàíòó è áûë î÷åíü êàïðèçíûì õóäîæíèêîì. Îí íå ðàç îòêàçûâàëñÿ ïèñàòü ïîðòðåòû ëþäåé, ÷üè ëèöà ñ÷èòàë íåèíòåðåñíûìè ñêó÷íûìè èëè íåêðàñèâûìè. Îí äàæå ïîðòðåò èìïåðàòîðà Íèêîëàÿ I íå íàïèñàë.
Òà æå èñòîðèÿ âûøëà è ñ Íàòàëüåé Íèêîëàåâíîé Ãîí÷àðîâîé.
    
Áðþëëîâ íå ïîñ÷èòàë æåíó Ïóøêèíà êðàñàâèöåé: åìó íå ïîíðàâèëèñü å¸ ãëàçà – îíè áûëè áëèçêî ïîñàæåíû, äà åù¸ è êîñîãëàçèå èìåëî ìåñòî (êîñîãëàçèå Íàòàëüè Íèêîëàåâíû – èçâåñòíûé ôàêò, ñàì Ïóøêèí íàçûâàë å¸ “êîñîãëàçîé ìàäîííîé”).

      Ïëåìÿííèê Êàðëà Áðþëëîâà ϸòð Ñîêîëîâ (òîæå õóäîæíèê) îáúÿñíÿë, ïî÷åìó Áðþëëîâ íå ñòàë ïèñàòü ïîðòðåò æåíû Ïóøêèíà, íå ñòåñíÿÿñü â âûðàæåíèÿ:
Âñå âîêðóã ãîâîðÿò: Êàðë Áðþëëî⠗ ãåíèé! Ãåíèé! À ÿ âîò ÷òî ñêàæó: â ñòðàøíîì ñíå íå ïðèâèäèòñÿ æèòü ðÿäîì ñ ãåíèåì, èëè, íå äàé ãîñïîäè, ñîñòîÿòü â åãî áëèçêèõ ðîäñòâåííèêàõ.
   Äîêàçàòü? Ïîæàëóéñòà: âåëèêèé ñòèõîòâîðåö Ïóøêèí ñêîëüêî ðàç ïðîñèë åãî íàïèñàòü ïîðòðåò Íàòàëüè Íèêîëàåâíû? Ìîé äÿäþøêà Àëåêñàíäð åå ïèñàë — äèâíî õîðîøà. À Êàðë ÷òî æå?.. Óñëûøàâ, ÷òî ó ïîýòà æåíà — ýäàêèé ðîçàí÷èê, ñ íèì íà äà÷ó ïîåõàòü èçâîëèë, ãëÿíóë íàìåòàííûì ãëàçîì è çààðòà÷èëñÿ ïèñàòü, ññûëàÿñü íà òî, áóäòî áû îíà êîñàÿ!
     Èìåííî òàê õàìñêè è âûðàçèëñÿ! Íå âåðèòå ìíå, ñïðîñèòå äðóæêà åãî Òàðàñà Ãðèãîðüåâè÷à Øåâ÷åíêî, îí ñàì îá ýòîì íåîäíîêðàòíî óïîìèíàë è áóäòî áû äàæå îïóáëèêîâàë ãäå-òî, øåëüìà.

Î ÏÎÐÒÐÅÒÅ.

         Íàïèñàë ýòîò çàìå÷àòåëüíûé ïîðòðåò áðàò Êàðëà Áðþëëîâà- Àëåêñàíäð.Õóäîæíèê ïðèñòóïèë ê ïîðòðåòó â êîíöå 1831 ãîäà. Íàòàëüÿ áûëà òîãäà óæå â ïîëîæåíèè, íî áåðåìåííîñòü ïîêà áûëà ìàëî çàìåòíà. Íà ïîðòðåòå Ãîí÷àðîâà â äåâÿòíàäöàòèëåòíåì âîçðàñòå. Íà íåé ñâåòëîå ðîçîâàòîå áàëüíîå íåæíîå ïëàòüå, âîêðóã äåêîëüòå âûïèñàíû äâà ðÿäà êðóæåâ. Çíàìåíèòàÿ ôåððîíüåðà íà ëáó ìîëîäîé æåíùèíû è ñåðüãè ïðèäàþò ýòîìó ïîðòðåòó îñîáóþ èçþìèíêó è ïàðàäíîñòü.
           óøàõ ó Íàòàëüè êðàñèâûå ñåðüãè ñ î÷åíü äîðîãèìè áîëüøèìè áðèëëèàíòàìè. Ýòî âûçûâàåò êðàéíåå íåäîóìåíèå: Ïóøêèíû, âïðî÷åì, êàê è Ãîí÷àðîâû, áûëè äîâîëüíî áåäíû, âåëè î÷åíü ñêðîìíûé îáðàç æèçíè, îíè íå ìîãëè ïîçâîëèòü ïðèîáðåñòè Íàòàëüå ñòîëü äîðîãîå óêðàøåíèå.
      
        Ãîâîðÿò, ÷òî ýòè ñåðüãè äàë äëÿ ïîçèðîâàíèÿ íà ïîðòðåò Ïóøêèíó áëèçêèé åìó äðóã, êíÿçü Ìåùåðñêèé. Êîãäà ñóïðóãà ïîýòà ñòàëà ïîçèðîâàòü äëÿ ïîðòðåòà Áðþëëîâó, îí êàòåãîðè÷åñêè íàñòîÿë, ÷òîáû Íàòàëüÿ ïîçèðîâàëà òîëüêî â ýòèõ ïðåêðàñíûõ áðèëëèàíòàõ. Ïðè÷åì àëìàçû ýòè áûëè âîâñå íå îáû÷íûìè – â ñåðüãàõ íàõîäèëèñü çíàìåíèòûå «Øèðèèíñêèå àëìàçû», ïðî êîòîðûå õîäèëî ìíîãî íåëåïûõ ïðåäðàññóäêîâ è ëåãåíä. Ãîâîðèëè, ÷òî ýòè àëìàçû íèêàê íåëüçÿ áûëî íîñèòü ëþáîé æåíùèíå, êîòîðàÿ íå ïðèíàäëåæàëà ê èìåíèòîìó ðîäó êíÿçåé Ìåùåðñêèõ.

     Ïîðòðåò Íàòàëüè Ãîí÷àðîâîé Áðþëëîâà – ýòî åäèíñòâåííûé ïîðòðåò ýòîé æåíùèíû â àíôàñ, òî åñòü, êîãäà èçîáðàæåíèå íà ïîðòðåòå ñìîòðèò ïðÿìî íà çðèòåëÿ. Âñå äðóãèå åå ïîðòðåòû âûïèñàíû ëèáî â ïðîôèëü, ëèáî â òðè ÷åòâåðòè. Íà ïîðòðåòå Áðþëëîâà âèäíà, êàê òîãäà äåëèêàòíî ãîâîðèëè, «íåîïðåäåëåííîñòü âî âçãëÿäå», à ãîâîðÿ îáû÷íûì ÿçûêîì, Íàòàëüÿ Ãîí÷àðîâà áûëà êîñîãëàçîé.  Ãëàçà Íàòàëüè, áîëüøèå è âûðàçèòåëüíûå, áûëè ñëèøêîì áëèçêî ðàñïîëîæåíû äðóã ê äðóãó, ïðè÷åì îäèí ãëàç áåçíàäåæíî êîñèë.
     Íî ïîñëåäíèé ôàêò íå ïîìåøàë Àëåêñàíäðó Áðþëëîâó ñîçäàòü èñòèííûé øåäåâð.Ïîðòðåò óíèêàëåí òåì, ÷òî îí ñîâìåùàåò â ñåáå ïàðàäíîñòü è îäíîâðåìåííî òðîãàòåëüíîñòü, íåîáû÷àéíóþ âîçäóøíîñòü.

8 сентября 2012 г. – 200 лет со дня рождения Натальи Николаевны Гончаровой-Пушкиной-Ланской

А.Брюллов.Н.Н.Пушкина. Конец 1831 – начало 1832. Бумага. акварель. Всероссийский музей Пушкина
С обликом А.С.Пушкина нам повезло больше: он запечатлен в превосходных портретах Кипренского и Тропинина. Глядя на них, мы чувствуем полное совпадение нашего внутреннего представления с видимым образом. Иначе обстоит дело с изображениями Натальи Николаевны. При жизни поэта был написан всего один ее акварельный портрет. Автор его — Александр Брюллов — смог передать лишь молодость и миловидность почти детского лица и нарядный туалет модели. Вряд ли можно требовать большего от художника, писавшего столь юную особу (на портрете Наталье Николаевне не более 18 лет).

Читайте также:  Как живут пугачевой дети

Единственное её изображение в детстве — рисунок неизвестного художника итальянским карандашом и сангиной, выполненный в возрасте шести-семи лет

Наталья Гончарова. Неизвестный художник. 1810-е гг. Бумага, акварель. Всероссийский музей А.С.Пушкина

Есть несколько пушкинских рисунков. Всего в рукописях Пушкина насчитывается четырнадцать изображений Натальи Николаевны

Портрет Н. Н. Гончаровой (?) (слева) чернила «Медный всадник» (V, 436—437) 6 октября 1833, Болдино

Все последующие ее изображения написаны уже в период вдовства и нового замужества.

Ш. Мазер. Наталья Николаевна Пушкина. 1839 г.К.П. Мазер. Н.Н. Пушкина во вдовьем платье. 1839. Всероссийский музей А.С. Пушкина, Санкт-Петербург

Райт Томас (Thomas Wright) Пушкина Наталья Николаевна (Гончарова, Ланская) Частное собрание, Москва (1844)

Портреты Натальи Николаевны 1840-х годов почти все создавались по инициативе П. А. Вяземского, в то время сильно увлечённого вдовой Пушкина. По словам Вяземского, Пушкина в то время была «удивительно, разрушительно, опустошительно хороша». Автор большинства акварельных портретов Натальи Николаевны этого периода — придворный художник Владимир Гау. Многочисленные акварельные портреты Натальи Николаевны — более или менее удачные, однако не претендуют на психологическую глубину. На этих акварелях, датированных 1841 — 1849 годами, Наталья Николаевна разная, но мало похожая на словесные описания, воспевающие ее классическую красоту и внутреннее совершенство. Самым удачным своим изображением Пушкина считала акварель 1843 года (не сохранилась), заказанную для альбома императрицы. На ней Наталья Николаевна была изображена в костюме в древнееврейском стиле, в котором появилась на одном из дворцовых балов.

В.Гау Портрет Натальи Николаевны Пушкиной 1841 г

В.Гау.Н.Н.Пушкина. 1842 г. Акварель. Всероссийский музей Пушкина

В.Гау. Н.Н.Пушкина. 1842-1843 гг. Акварель. всероссийский музей Пушкина

В.Гау Портрет Натальи Николаевны Ланской 1844 г

В.Гау. Н.Н.Пушкина-Ланская. 1849г. Бумага, акварель. Институт Русской литературы.(Пушкинский дом) РАН

В.И.Гау. Портрет Н.Н.Пушкиной-Ланской. 1849. Картон, акварель, белила. ВМП В.Гау Портрет Натальи Николаевны Ланской 1849 г

Но, пожалуй, лучше всех передать душу Натальи Николаевны, ту, что Пушкин любил более, чем ее прекрасное лицо, удалось И.К.Макарову. Удивительна история всего семейства Макаровых, художников в нескольких поколениях и самого крупного из них — Ивана Кузьмича (1822 — 1897). В Петербург И.Макаров переехал в конце 1844 года, а с 1845-го, уже имея звание свободного художника, стал вольнослушателем Академии художеств по классу профессора А.Т.Маркова. Его отличная профессиональная подготовка вызывала удивление; отличали Макарова и человеческие качества: учась в Академии, он не забывал отца и помогал ему в работе (его отец, будучи крепостным, сам был художником и открыл в Саранске художественную школу). Вместе с пятнадцатью учениками они расписали в Пензе Спасский кафедральный собор (в 1847 и в 1849 годах). После пожара в Саранске, уничтожившего и школу и отчий дом, семейство Макаровых переехало в Пензу, и Иван Кузьмич в 1852 году помог отцу, передав ему значительную сумму, открыть новую художественную школу. Косвенно это свидетельствует о том, что еще до окончания Академии художник хорошо заpaбатывал. По чьей-то рекомендации он попал в семейство Шереметевых, для которых им написаны несколько портретов. Особенно же прославился художник портретами детей и не случайно в том же 1846 году он был приглашен вел. кн. Марией Николаевной в поездку по Италии, Германии и Франции в качестве учителя рисования для ее детей (второе такое путешествие он совершил в ее свите в 1853 году). Также не случайно, что семейству Ланских он был рекомендован именно в качестве детского портретиста. А первый портрет Натальи Николаевны он написал по собственной инициативе.

И.Макаров. Н.Н.Пушкина-Ланская. 1849г. Холст, масло. Государственный музей Пушкина

Портрет Н. Н. Пушкиной-Ланской. Приписывается художнику Макарову (ранее приписывался Т. Неффу), выполнен ок. 1849, Всероссийский музей Пушкина

Наталье Николаевне Ланской на этом портрете 37 лет, она мать семерых детей. Многочисленные акварельные портреты В.Гау, а также портреты А.П.Брюллова, Райта и Мазера не смогли передать ни глубокой тонкости и одухотворенности ее красоты, ни главного выражения ее лица, запечатленного на портрете — тихой непреходящей грусти. Сама Наталья Николаевна и все ее близкие считали, что портрет очень удался: «… мне даже совестно согласиться, что портрет похож» писала она П.П. Ланскому летом 1849 года.

Макаров И. К. Портрет Натальи Николаевны Ланской (Пушкиной) – один из последних прижизненных портретов

Ланской Н.П. Natalia Lanskaya (Brodzany) (1852)

Исчерпана ли на сегодня портретная галерея Натальи Николаевны, все ли ее изображения известны? .. еще не найден портрет, написанный по просьбе Николая I в альбом царицы (не ранее 1843 года). Кто знает, может быть и упомянутый Пушкиным в мае 1836 года «прусак Криднер» все же успел-таки написать портрет Натальи Николаевны. Упомянут был и О.Верне. Более же других известна история создания другого — позднего — портрета Натальи Николаевны, написанного Карлом Лашем в Москве зимой 1856 года.

К.Лаш. Портрет Н.Н.Пушкиной-Ланской. 1856. Холст, масло (овал). Частное собрание

История его создания широко известна из переписки Натальи Николаевны с мужем и цитируется Рожновыми в их книге. В начале января 1856 года Н.Н.Ланская приехала из Вятки в Москву, где ее ожидали дочери. Она остановилась в доме Гончаровых на Никитской и свиделась с братьями и отцом. В письме к мужу от 13 января 1856 года она писала: «…Я, слава Богу, чувствую себя лучше, кашель прошел и я даже надеюсь вскоре начать мой портрет. Ты взвалил на меня тяжелую обязанность, но, увы, что делать, раз тебе доставляет такое удовольствие видеть мое старое лицо, воспроизведенное на полотне». В письме от 17 февраля она жалуется, что портретные сеансы занимают все ее утра. Так, накануне она провела в мастерской у Лаша от часа до трех, и художник сделал пока только рисунок, который ей показался правильным в смысле сходства. По словам Натальи Николаевны, художник выбрал левый профиль и изобразил ее в трехчетвертном повороте. По совету Лаша, никогда не видевшего ее до сеанса, она должна была надеть закрытое платье. Портрет был окончен за месяц, так как в марте Наталья Николаевна с дочерьми возвратилась в Петербург.

Читайте также:  Гузеева лариса с какого года

У кого и где хранился этот портрет, никогда не воспроизводившийся, неизвестно. Портрет принесли в Русский музей для освидетельствования и подтверждения авторства Карла Лаша относительно недавно, а предложенная атрибуция была принята на научном заседании в Музее-квартире поэта на Мойке, 12. Хозяйка портрета знала, кто на нем изображен, но не рассказала ничего об истории его бытования. После исследования никаких сомнений в авторстве не осталось: подпись и дата слева на фоне одновременны живописи; использованные материалы, техника живописи и признаки старения подтверждали указанную дату «1856». Полностью соответствовали времени прическа и костюм изображенной. На портрете Наталье Николаевне неполных 45 лет. … В целом, портрет носит чисто светский хаpaктер и ничего нового о модели не говорит. Его художественный уровень не слишком высок, а детали одежды написаны откровенно небрежно. Вряд ли интересовала художника внутренняя сущность модели, да и знал ли он, кого пишет. Карл Иоганн Лаш (1822–1888) приехал в Россию в 1847 году совсем молодым человеком. В 1856 году ему 34 года и у него, видимо, не так много заказов. Он возвратился в Европу, откуда спустя 30 лет снова приехал в Москву навестить родных и вскоре умер. К.Лаш известен в России несколькими работами лучшего качества, чем этот портрет Натальи Николаевны.

В последние годы жизни Наталья Николаевна много фотографировалась. На фотопортретах второй половины 50-х — начала 60-х годов она предстаёт женщиной немолодой и болезненной

Наталья Николаевна Пушкина-Ланская, в девичестве Гончарова. Конец 1850-х — начало 1860-х гг. Фотография. Всероссийский музей А. С. Пушкина

Наталья Николаевна Пушкина-Ланская, в девичестве Гончарова. Начало 1860-х гг. Фотография. Всероссийский музей А. С. Пушкина

Наталья Николаевна Пушкина-Ланская, в девичестве Гончарова. Начало 1860-х гг. Фотография. Всероссийский музей А. С. Пушкина

Категория:

• Искусство
• 0" ng-click="catSuggester.reacceptAll()"> Отменить

Автор – Bo4kaMeda. Это цитата этого сообщения

Портреты Натальи Николаевны Гончаровой-Пушкиной-Ланской НАТАЛЬЯ ГОНЧАРОВА

По – ангельски кротко, по – дьявольски томно Шлёт взор из – под век, А в грации шеи таится надломно Тюльпана побег. Изящной головки слегка озадачен Прелестный бутон. Кого осчастливил, кому предназначен Сей дивный поклон?

Открытое платье всем кажет несмело Обрушенность плеч. Простите ей, люди. Она не сумела супруга сберечь. Когда довелось, не страшась катафалка, Под дулом стоять, Поэт посчитал – за Такую не жалко Жизнь богу отдать.

Сохранилось довольно много словесных описаний внешности Натальи Николаевны и ее художественных портретов. Естественно, каждый видел и воспринимал ее по-своему и, прежде всего как жену Пушкина. Но было в этой женщине нечто такое, что выделяло ее из всех прославленных красавиц и составляло особенность ее натуры и хаpaктера.

­
Наталья Гончарова. Неизвестный художник.
1810 год. Бумага. Акварель

А вот что записал А.С. Сомов со слов Надежды Михайловны Еропкиной: «Натали еще дeвoчкой-подростком­ отличалась редкой красотой. Вывозить ее стали очень рано, и она всегда окружена была роем поклонников и воздыхателей. Участвовала она и в прелестных живых картинах, поставленных у генерал-губернатора кн. Голицына и вызвала всеобщее восхищение. Место первой красавицы Москвы оставалось за нею. Наташа была действительно прекрасна, и я всегда восхищалась ею. Воспитание в деревне на чистом воздухе оставило ей в наследство цветущее здоровье. Сильная, ловкая, она была необыкновенно сложена, отчего и каждое движение ее было преисполнено грации. Глаза добрые, веселые с подзадоривающим огоньком из-под длинных бархатных ресниц. Но покров стыдливой скромности всегда вовремя останавливал слишком резкие порывы. Но главную прелесть Натали составляли отсутствие всякого жеманства и естественность. Большинство считало ее кoкeткой, но обвинение это несправедливо. Необыкновенно выразительные глаза, очаровательная улыбка и притягивающая простота в обращении, помимо ее воли, покоряли ей всех».

«Когда я увидел ее в первый раз, красоту ее только что начали замечать в обществе. Я ее полюбил, голова у меня закружилась; я просил ее руки».

«В белом воздушном платье, с золотым обручем на голове, она в этот знаменательный вечер поражала всех своей классической царственной красотой».

(А.П. Арапова)

­
А. П. Брюллов. Портрет Н. Н. Пушкиной. 1831-1832 г. Бумага, акварель.

“При жизни поэта был написан всего один ее акварельный портрет. Автор его — Александр Брюллов — смог передать лишь молодость и миловидность почти детского лица и нарядный туалет модели. Вряд ли можно требовать большего от художника, писавшего столь юную особу (на портрете Наталье Николаевне не более 18 лет). Все последующие акварельные ее изображения написаны уже в период вдовства и нового замужества. Автор их — Вильгельм Гау — с 1840 года придворный художник. Его многочисленные портреты Натальи Николаевны — более или менее удачные, однако не претендуют на психологическую глубину. На этих акварелях, датированных 1841 — 1849 годами, Наталья Николаевна разная, но мало похожая на словесные описания, воспевающие ее классическую красоту и внутреннее совершенство”. из статьи Римской Корсаковой https://www.nasledie-rus.ru/podshivka/8910.php

Владимир Гау создал пять акварельных портета Натальи Николаевны в 1842, 1843, 1844 и 1849 годах. Этому художнику, как никому другому, удалось запечатлеть на бумаге особенности натуры Натальи Николаевны. Ни тени кокетства или позёрства. Невольно вспоминаются горькие слова П. А. Вяземского, обращённые к вдове Пушкина в 1841 году по поводу её красоты: “Вы власть, Вы могущество в обществе… Я не знаю, почему Вы роковым образом не умели никогда в подобном случае взять выигрышную роль, которая предназначена Вам природою и принадлежит по самому законному праву. Вы не умеете царствовать… Не стоило быть столь прекрасной, как Вы, чтобы достигнуть такой печальной цели”. Хаpaктерно, что на двух акварелях Гау 1849 года Наталия Николаевна изображена уже женой генерал-майора П. П. Ланского, за которого она вышла замуж в 1844 году; но облик её, самоощущение не изменились.

­
А.С.Пушкин.Профиль Натали

­
В. Н. Гау. Портрет Натальи Николаевны Пушкиной

­
В. Гау. Портрет Н. Н. Пушкиной. 1841

­
В. Гау. Портрет Н. Н. Пушкиной. 1842. Акварель

­
К. П. Мазер Наталья Николаевна Пушкина.

­
В. Гау. Портрет Н. Н. Пушкиной. 1842-1843. Акварель

­
В. Гау. Н. Н. Пушкина-Ланская. Акварель. 1849

­
В. Гау. Н. Н. Пушкина-Ланская. Акварель. 1849.

Два сохранившихся портрета масляными красками показывают нам облик Наталии Николаевны в последний период её жизни. Первый из них написан летом 1849 года Иваном Макаровым – молодым художником, который сам попросил Наталию Николаевну “заняться” её портретом, так как “сквозил хаpaктер лица”. “Чрезвычайно изящная картина”, написанная Макаровым за три сеанса, заслужила следующий отзыв модели: “…это один из лучших моих портретов… я изображена такой красивой женщиной, что мне даже совестно согласиться, что портрет похож”.

­
И. К. Макаров Наталия Николаевна Ланская. 1949

Интересно, что Макаров, представитель молодого поколения как в общественной жизни, так и в живописи, сумел не только реалистически передать черты модели, но возвести их в идеал, воплотив в нём своё представление не столько о генеральше Ланской, сколько о жене великого поэта, которой было посвящено стихотворение “Мадонна”.

­
H. Н. Пушкина-Ланская. Конец 1850-начало 1860-х г.г. Фотография

­
Н. Н. Пушкина-Ланская. Начало 1860-х гг. Фотография

­
Н. Н. Пушкина-Ланская. Начало 1860-х гг. Фотография

­
Н. Н. Пушкина-Ланская. Начало 1860-х гг. Фотография.

­
И. К. Макаров Портрет Н. Н. Пушкиной-Ланской. 1963

На последнем портрете Наталии Николаевны, написанном салонным живописцем Т. А. Неффом, вероятно, в 1856 году, мы видим уже немолодую женщину с бледным, осунувшимся лицом, с синими тенями под запавшими глазами, как это бывает с возрастом. Всё ещё правильные черты несут на себе отпечаток перенесённых страданий и усталости. Семь лет, разделяющие портреты работы Макарова и Неффа, были для Наталии Николаевны полны тревог, переживаний, болезней.

­
T. Нефф(Макаров) Н. Н. Пушкина-Ланская. Масло. 1856 (?)

Каждый из этих двух художников ставил перед собой разные задачи и пользовался разными творческими методами. Для Макарова главным было создать возвышенный образ женщины, вдохновившей некогда Пушкина на дивные стихи. Он делает лицо центром картины – это самое яркое пятно, освещённое несколько сверху и с той стороны, куда повёрнута голова. Нежный румянец мягко сияет на золотисто-коричневом фоне портрета. Дополнительным цветовым акцентом, оттеняющим лицо, служит белое прозрачное газовое покрывало, ниспадающее с головы на плечи и гpyдь. Это воздушное, как бы сотканное из лунного света обрамление лица сообщает образу известную лёгкость и одновременно торжественность. И придаёт портрету отдалённое сходитсво с Сикстинской мадонной Рафаэля. Высокому строю произведения способствуют и другие приёмы: овальная форма холста и вторящие ей линии лба, волос, подбородка, плеч, покрывала; живопись жидкими красками с лессировками, так что местами просвечивает тёплый тонированный грунт; употрeбление красок, смешанных с белилами, сложных полутонов, неярких, неконтрастных, плавно переходящих из одного в другой.

Нефф видел свою задачу в том, чтобы представить даму высшего света, жену крупного военного чина. Это прежде всего репрезентативный (представительский) портрет. Наталия Николаевна изображена в парадном дорогом наряде и драгоценностях на фоне резной спинки кресла и вьющихся лоз плюща. На ней белое открытое платье, отороченное кружевами, с правого плеча спущена красная мантилья с широкой собольей опушкой, на шее гoлyбая с жёлтым узором лента, скреплённая бриллиантовой брошью, в ушах гoлyбые эмалевые серьги. Желая возвысить модель за счёт антуража и аксессуаров, художник избирает прямоугольный формат портрета, резкое пересечение линий, контрастные сочетания красок. Он употрeбляет яркие локальные тона, пишет объёмным пастозным выпуклым мазком.

И всё же, быть может, именно на фоне этой кричащей роскоши виднее благородство черт усталого, немного скорбного лица. Вот как выглядела Наталия Николаевна примерно в то время, по словам Л. Спасской, дочери врача в Вятке: “От её некогда знаменитой красоты сохранилось мало следов… В обращении Наталия Николаевна производила самое приятное впечатление сердечной, доброй и ласковой женщины и обнаруживала в полной мере тот простой, милый аристократический тон, который так ценил в ней Пушкин”.

Е. Павлова

История создания портрета К. Лаша широко известна из переписки Натальи Николаевны с мужем и цитируется Рожновыми в их книге. В начале января 1856 года Н.Н.Ланская приехала из Вятки в Москву, где ее ожидали дочери. Она остановилась в доме Гончаровых на Никитской и свиделась с братьями и отцом. В письме к мужу от 13 января 1856 года она писала: «…Я, слава Богу, чувствую себя лучше, кашель прошел и я даже надеюсь вскоре начать мой портрет. Ты взвалил на меня тяжелую обязанность, но, увы, что делать, раз тебе доставляет такое удовольствие видеть мое старое лицо, воспроизведенное на полотне»13. В письме от 17 февраля она жалуется, что портретные сеансы занимают все ее утра. Так, накануне она провела в мастерской у Лаша от часа до трех, и художник сделал пока только рисунок, который ей показался правильным в смысле сходства. По словам Натальи Николаевны, художник выбрал левый профиль и изобразил ее в трехчетвертном повороте. По совету Лаша, никогда не видевшего ее до сеанса, она должна была надеть закрытое платье. Портрет был окончен за месяц, так как в марте Наталья Николаевна с дочерьми возвратилась в Петербург.

­
К. Лаш. Портрет Пушкиной-Ланской. 1856

На портрете К. Лаша Наталье Николаевне неполных 45 лет. На ней черное закрытое платье и черная кружевная косынка на голове. Освежают лицо жемчужные серьги с бусами и белый кружевной воротничок. Несколько странно выглядит темно-зеленый бант, приколотый поверх воротничка, который, возможно, делал бледное лицо более розовым. Некоторую «траурность» портрета скрашивают пурпурные складки спущенной с плеч то ли бархатной накидки, то ли драпировки. Художник изобразил свою модель с легкой полуулыбкой и блеском в глазах. В целом, портрет носит чисто светский хаpaктер и ничего нового о модели не говорит. Его художественный уровень не слишком высок, а детали одежды написаны откровенно небрежно. Вряд ли интересовала художника внутренняя сущность модели, да и знал ли он, кого пишет.

оригинал:Великая Княжна Мария Николаевна здесь

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Читайте также:  Шубский кирилл родители