Тереза Дурова — биография знаменитости, личная жизнь, дети

Тереза Дурова – биография, фото, личная жизнь, новости, театр 2018

Тереза Дурова: биография

В 1991 году в Москве состоялся Международный фестиваль клоунов, организатором которого выступила Тереза Дурова. 300 артистов из разных стран, включая Соединенные Штаты Америки и Японию, приехали в Россию, чтобы выступить на фестивале. Но разъезжаться по домам артистам-энтузиастам не хотелось, и они выступили с предложением о создании стационарного театра этого жанра. Спустя два года в Москве открылся первый в своем роде театр клоунады под руководством Терезы Дуровой.

Детство и юность

Тереза Ганнибаловна Дурова родилась 3 октября 1953 года в городе Баку (территория современного Азербайджана), в семье артистов. Прапрадед Терезы – Анатолий Леонидович Дуров – входил в число самых высокооплачиваемых цирковых артистов России. Анатолий Леонидович работал акробатом, клоуном, выступал в театрализованных постановках с животными, пробовал силы в роли режиссера.

Тереза Дурова

Его сын Анатолий Анатольевич Дуров (приходится прадедом Терезе Ганнибаловне) пошел по стопам отца, став клоуном, сатириком, дрессировщиком, с успехом гастролировал по Европе. Цирковую традицию семьи продолжили внуки. Их в семье было трое: два юноши – Владимир и Юрий, и дeвyшка Тереза. Когда хрупкая дeвyшка Тереза Васильевна стала дрессировщицей, братья только смеялись над ней. Но в итоге Тереза Васильевна Дурова получила звание народной артистки РСФСР.

Цирковая династия Дуровых

В 1953 году в цирковой династии Дуровых родилась дочь – Тереза Ганнибаловна. Отец дeвoчки, Ганнибал Владимирович Наджаров, был музыкантом и дрессировщиком. Чтобы обеспечить дочери спокойное детство, родители оставили Терезу на воспитание бабушке и дедушке по линии отца, в г. Баку. Но увидев мать, окруженную слонами на манеже цирка, 5-летняя Тереза не захотела возвращаться в Баку, к нормальной жизни. Проблема выбора профессии перед дeвoчкой не стояла, но она все же отошла от семейной традиции и вместо манежа выбрала сцену. После окончания школы дeвyшка поступила на режиссерский факультет Российского института театрального искусства.

Театр

Карьера Терезы началась в 13 лет, с цирковой арены, где дeвoчка вместе с матерью выступала с дрессированными слонами. В семь лет дeвoчка уехала из Баку к родителям, в кочевой цирк, и там и осталась. До 21 года дeвyшка выступала на арене с цирковыми номерами и дрессированными животными, а выйдя замуж, оставила цирк и поселилась с мужем в Москве.

Цирковой артистке применить себя в столице было негде, поэтому Тереза подошла к профессии с другой стороны Девушка получила высшее образование по специальности «Режиссура». Еще на втором курсе ГИТИСа Тереза устроилась на работу преподавателем в Московское цирковое училище.

Тереза Дурова в театре

Однажды в разговоре с клоуном Дурова узнала, что столичные цирки отчаянно нуждаются в представителях этой веселой, но непростой профессии. После разговора на эту тему с Юрием Никулиным, в 1991 году, Тереза Ганнибаловна выступила организатором Международного фестиваля клоунов в Москве, в надежде найти таланты из провинции. Фестиваль прошел столь успешно, что артистка решила создать Московский театр клоунады.

Следующей проблемой, вставшей на пути артистки, стала необходимость дать театру статус государственного. Для этого потребовалось собрать массу подписей на разных документах. Сейчас детище артистки носит название «Театриум на Серпуховке под руководством Терезы Дуровой».

Личная жизнь

Начинающий журналист Сергeй Александрович Абрамов, сын писателя Александра Абрамова, приехал в цирк с целью взять интервью у знаменитой дрессировщицы Терезы Васильевны Дуровой. Тогда же молодой человек впервые увидел на арене ее дочь. Терезе тогда был 21 год и, судя по фото, дeвyшка была красавицей. Сергeй влюбился без памяти и вскоре покорил сердце юной дрессировщицы. Спустя год молодые люди поженились.

Внук и сын Терезы Дуровой

Родители отнеслись с пониманием и поддержали выбор дочери, а вот коллеги не понимали, как наследница династии Дуровых оставила цирк ради семейной жизни. Еще через год Тереза родила сына Артема Сергеевича Абрамова. Молодой человек не пошел по стопам матери, ему оказался ближе путь отца – Артем стал писателем и телеведущим. Супруга Артема – художник, сейчас изготавливает авторских портретных кукол.

Тереза Ганнибаловна и Сергeй Александрович прожили в бpaке 42 года и уже воспитывают внука Данилу. Продолжит ли Данила славную цирковую биографию бабушки – пока загадывать рано, но вырасти заурядным человеком в таком семействе у него точно не получится.

Тереза Дурова сейчас

Тереза Ганнибаловна в 64 года занимает должность художественного руководителя и главного режиссера Театриума и является его сердцем и душой. Репертуар, который Дурова подбирает лично, представлен на официальном сайте. На сцене театра идут спектакли для разных возрастных групп: от самых маленьких («ТестО», «Летучий корабль») до подростков и даже взрослых («В джазе только дeвyшки», «Мужской род. Единственное число»).

Театр клоунады под руководством Терезы Дуровой

Тереза, с детства приученная родителями не только выступать на арене цирка с животными, но и убирать навоз в конюшне, не гнушается никакой работы в своем театре: она шьет костюмы для актеров, помогает их гримировать и даже в отпуске Тереза на работе.

«Театриум на Серпуховке» гастролирует с постановками по территории Российской Федерации, создает театральные проекты и проводит международные фестивали театрального искусства, сотрудничает с европейскими режиссерами.

Тереза Дурова в 2017 году

22 сентября 2017 года в Москве, при поддержке Правительства, прошел 11 фестиваль «Гаврош» под руководством «Театриума» и Терезы Дуровой. В этом году фестиваль посвящен театральному искусству Франции и рассчитан на зрителей любого возраста.

Несмотря на возраст, Тереза Ганнибаловна каждое утро проводит в спортзале, а день — на работе. Исключением становится только воскресенье. В единственный выходной день Дурова ездит с семьей на дачу в лесу, играет с внуком и изучает английский язык.

Москвич

Это мой город: художественный руководитель Театриума на Серпуховке Тереза Дурова

• Facebook
• VK
• Twitter

О своей кочевой цирковой молодости и писательской Москве 1970-х годов, любимых Сокольниках, сонном Кутузовском, личной «келье» при Даниловском монастыре и предстоящем театральном сезоне без «Гавроша».

Я родилась…

В любимом Баку, в центре которого был наш армянский двор. Родители отдали меня бабушке с дедушкой в полтора года, чтобы я росла в нормальной среде, а не в цирке на колесах (мама — потомственная дрессировщица Тереза Васильевна Дурова, отец — музыкант и дрессировщик Ганнибал Владимирович Наджаров. — «Москвич Mag»). Ни армянского, ни азербайджанского я так и не выучила, но когда после 4-го класса вернулась в цирк к родителям, то говорила по-русски с чудовищным азербайджанским акцентом.

С цирком на гастролях я объездила весь Союз, училась в школах всех республик. В Прибалтике было сложно: в рижской школе на переменах все разговаривали только на латышском, со мной никто из одноклассников не общался, учителя не вызывали к доске — я для них просто не существовала. В других республиках были другой менталитет и другие особенности. В Батуми, допустим, в школу я могла пойти в чулках только черного или коричневого цвета и только с косой: про челку или хвостик надо было забыть. Там тоже все говорили на своем родном языке, но ко мне относились с уважением.

В Москву я окончательно переехала…

В середине 1970-х годов. Хотя квартиру на улице Яблочкова мама получила еще в 1966-м, мы там пpaктически не жили, бывали наездами раз в полгода с остановкой на три-четыре дня. Ведь у цирковых тогда дома не было: дети рождались «на колесах», стариков возили с собой, а уже когда те совсем не могли кочевать, оставляли их в цирковых общежитиях. Так, моя бабушка Мария Анатольевна Дурова была прописана в Одессе в Доме ветеранов — артистов цирка. Так что до этой московской квартиры у нас с мамой вообще не было прописки: каждые три-четыре месяца цирк, где я работала с родителями и занималась дрессурой слонов, переезжал в новый город. Окончательно обосновалась в столице только в 1976 году, когда вышла замуж за московского журналиста Сергея Абрамова и родила сына. Правда, поначалу Москву не понимала и не любила.

Но мне сильно повезло. Интеллигентная писательская семья мужа, их круг общения изменили мое восприятие города. Муж работал в журнале «Смена», и вместе с ним я оказалась в интеллектуальной культурной среде того времени — Окуджава еще пел, Белла Ахмадулина была в расцвете, Новый год мы встречали в Дубултах в компании Роберта Рождественского и Гриши Поженяна, ходили в гости к Игорю Можейко (Кир Булычев. — «Москвич Mag»). В Лужниках еще проходили поэтические вечера: огромный стадион и часами читают Вознесенский, Евтушенко, а ты сидишь и думаешь: «Лишь бы это никогда не кончалось». Для цирковой дeвoчки это был совсем другой мир.

Мы с мужем жили отдельно от его родителей. Они — на Кутузовском проспекте, 24, мы — в Марьиной Роще. Тогда только начинали строить кинотеатр, в котором потом начал работать «Сатирикон», а вокруг стояли старые деревянные дома. Мой муж всегда любил Москву, прекрасно ее знал, коллекционировал старые карты города и московские телефонные книги разных лет. Когда листаешь телефонный справочник лохматого 1924 года, кажется, только сними трубку — и тебе ответит весь старый МХАТ. Вот так, постепенно, не сразу, меня накрыла любовь к Москве.

Сейчас…

Мы вернулись на Кутузовский проспект, в район детства моего мужа. Его семья переехала туда в 1944-м, и 24-й дом, где они получили квартиру, был последним, за ним начиналось еврейское кладбище.

После cмepти Сережиных родителей в 1985 году их квартира пропала, так как никто из нас там не был прописан. Но муж все время мечтал опять поселиться на Кутузовском, и мы в конце концов переехали в соседний, 26-й дом.

Здесь все замечательно, и набережную обустраивают, но Кутузовский превратился в скоростное шоссе: машины, не останавливаясь, несутся за город. Даже если бы захотели остановиться, не могут — нет парковок. В итоге на проспекте почти исчезли магазины, бары, пабы. Нет, они время от времени открываются, но через полгода опять закрываются.

Иногда мы ходим по парку или набережным и еще острее чувствуем привкус спального района — кроме как гулять и спать здесь делать нечего.

Люблю гулять…

В парке «Сокольники». В парке Победы три дня проведешь — и скучно, все выучил. А Сокольники — сколько ни ходи, ни езди (я объездила весь парк на велосипеде), все равно забредешь в новое место. Там находилась конно-спортивная школа, и однажды летом, когда я очень заскучала по цирку, устроилась туда конюхом и объезжала лошадей, просто чтобы вспомнить все — запах навоза, сена, вернуться в свою среду. Вернулась и была счастлива до невозможности.

Любимый район в Москве…

Опять Сокольники. После Марьиной Рощи мы переехали туда, жили рядом с церковью, напротив входа в парк. Здесь торчала наша одинокая высотная башня, а вокруг стояли деревянные дома. И мой сын Артем, когда учился в четвертом или пятом классе, вместе с друзьями до ночи торчал в этих старых, уже выселенных домах в надежде, что спасет их от сноса. Для него пару раз это заканчивалось милицией, ну а старый район все равно разрушили.

Нелюбимых районов в Москве…

Нет — есть удивительные. Едешь, скажем, по Писцовой улице в районе Ленинградки и вдруг видишь нереально огромный дом — пугаешься. Если бы меня спросили, то я, конечно, убрала бы многоэтажки из центра. Сами по себе не очень красивые, эти монстры, на мой взгляд, разрушают связь времен, такую важную для истории любого города.

Читайте также  Антон шагин - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Скажем, можно бегать по набережной и смотреть на «Москва-Сити» день, два, три… а потом как-то неуютно становится. Это темное нечто как-то сиротливо стоит на фоне гостиницы «Украина»…

Место, куда все время собираюсь, но никак не могу доехать…

Есть. Точнее, их много. Я много езжу на машине и часто слушаю радио «Звезда», а там рассказывают о московских достопримечательностях. Так самые интересные адреса, где я никогда не бывала, выписываю в особую книжечку. Или могу оказаться в удивительных и незнакомых мне местах, когда сильно усталая сажусь за руль и еду наобум, просто чтобы переключиться.

Главное отличие москвичей от жителей других городов…

Сложно выделить. Москвы так много, она такой слоеный пирог, и я всех слоев не знаю. Мой личный слой общения не отличается ни в Москве, ни в Париже, ни в Лондоне. А вот московская театральная публика отличается от публики в Европе или в Америке. Для москвичей поход в театр — событие. Мы водим в театры детей, и для них это тоже событие. Наши маленькие зрители знают, как нужно там себя вести.

А вот в Лондоне в Вест-Энде или на нью-йоркском Бродвее все иначе. Конечно, зимой дамы могут на модный мюзикл прийти в роскошной шубе, но гардероба там нет, и они свои меха под сиденье кладут, в антpaкте возьмут снеки с пепси — их прямо в зале разносят.

А уж привычной для нас культуры в системе «семья—ребенок—театр» в Европе почти не существует, по театрам дети ходят в основном с детским садом или школой. И это скорее обыденная история, а не событие, как у нас. Когда к нам в Театриум на спектакли фестиваля «Гаврош» приходят иностранцы, их больше всего удивляют красиво одетые дети в зале — мальчики с галстуками-бабочками, а дeвoчки в платьях, как у принцесс.

В Москве лучше, чем в других мировых столицах…

Москва для меня лучше всех столиц мира, где я бывала. Москва для меня очень уютный, чистый город. Париж, например, грязный. Все претензии по поводу того, что на каблуках по московской плитке сложно ходить, отметаю сразу. Вы еще по центру Праги не ходили.

Сейчас, правда, велосипедисты появились в большом количестве, и я их побаиваюсь. Один такой на мою машину недавно свалился. Но наши велосипедисты все же лучше, чем, скажем, в Голландии. Стоит зазеваться — наедут, наорут и поедут дальше.

В Москве за последнее десятилетие изменилось…

Мне может что-то не нравиться по дизайну: Никольская слишком разукрашена, бульвары в каких-то странных скульптурах. Но это ничего.

Приятели уверяли меня, что выделенка для общественного трaнcпорта — глупость, по ней все равно будут ездить, несмотря на запрет. Прошло немного времени, и выделенная полоса воспринимается совершенно нормально.

Еще мне нравится в Москве постоянная движуха. Туда движемся или нет, время покажет. Хотя, общаясь с Собяниным, я понимаю, что этот человек знает, что делает. И еще я знаю, что нет ни одного начальника, которого бы любили подчиненные. Даже в моем театре каждый охранник думает, что, окажись он на моем месте, поступил бы по-другому и сделал бы лучше.

Менять в Москве…

Ничего не стала бы. Не надо кричать, что все плохо и надо срочно что-то менять. Надо — меняй. Но там, где ты есть, на своем месте. Хочешь менять глобально, иди работать в московское правительство.

Я каждый день удивляюсь, что я как режиссер могу творить, работать, делать все, что хочу, не обращая внимания ни на какие худсоветы. И стараюсь делать это максимально хорошо.

Кроме работы и дома меня можно встретить…

В разных театрах столицы, на фестивале «Спасская башня», в парке «Сокольники» и парке Горького, в Третьяковке, в Доме книги на Новом Арбате, в кинотеатре ГУМа, где смотрю оперы.

А еще в гостинице при Даниловском монастыре в номере 515. Когда идут ночные репетиции, а в 8 утра опять надо быть в театре, то сил доехать до дома иногда совсем нет. И это место — прекрасный вариант, чтобы через три минуты оказаться в постели. Там идеально — тишина, и только звон колоколов по утрам. Мои близкие все знают и спрашивают: «Ты опять в келье?»

Если не Москва, то…

Любое место в России, где будет много работы. Я фанат языка и болтушка, мне нравится разговаривать на родном языке, важно много работать, быть нужной.

Подруга как-то спросила: «Как ты будешь жить, когда постареешь или вдруг не будет театра?» «Консьержкой же, наверное, меня возьмут?» — подумала я. И тут же рассказала ей, как у меня будет поставлено дело: через месяц все ключи от всех квартир будут у меня, все цветы поливаю я, проблемы жильцов решаю я, знаю, кому пора в поликлинику, у кого картошка кончилась, у кого какая машина и кому нужен бензин и какого ребенка надо разбудить и собрать в школу. И потом они меня всем подъездом с музыкой будут хоронить.

Планы театра на новый сезон…

У нас впервые за четырнадцать лет не будет замечательного осеннего фестиваля «Гаврош», но ничего страшного, мы просто перенесли фестиваль, и театры из Южной Кореи приедут через год. А наш новый сезон откроется, как и запланировано, двумя премьерами на Малой сцене. Удивительной красоты спектакль для детей от 5 лет режиссера Ольги Сидоркевич «Букашки. Фантазия!» и «Кентервильское привидение» в постановке Марии Линдер. Спектакли нашего театра — это путешествие по миру через сказки, легенды, язык, историю. Я могу детей отправить в Японию, Индию, Италию — географическая карта наших спектаклей огромна. К декабрю поставлю мюзикл — историю Шотландии, рассказывающую о завоевании этих земель, о том, кто такие пикты и скоты и что происходит со страной, если народы не вместе.

Все наши постановки оригинальные: пьесы пишет мой сын Артем Абрамов, музыку — Максим Гуткин. Хотя в давно идущих спектаклях звучит музыка и других композиторов. Например, в «Бу-ра-ти-но!» замечательная музыка Алексея Рыбникова. Но на нашей сцене «Бу-ра-ти-но!» мало похож на сказку Алексея Толстого — чисто итальянский спектакль, действие которого перенесено в карнавальную Венецию. Мы продолжим играть старые спектакли, и «Летучий корабль» мне, наверное, придется смотреть в трехсотый раз. Я всегда смотрю все свои спектакли.

Театр в МосквеТеатриум на Серпуховке п/р Терезы Дуровой

Детство и юность

Тереза Ганнибаловна Дурова родилась 3 октября 1953 года в городе Баку (территория современного Азербайджана), в семье артистов. Прапрадед Терезы – Анатолий Леонидович Дуров – входил в число самых высокооплачиваемых цирковых артистов России. Анатолий Леонидович работал акробатом, клоуном, выступал в театрализованных постановках с животными, пробовал силы в роли режиссера.

Тереза Дурова

Его сын Анатолий Анатольевич Дуров (приходится прадедом Терезе Ганнибаловне) пошел по стопам отца, став клоуном, сатириком, дрессировщиком, с успехом гастролировал по Европе. Цирковую традицию семьи продолжили внуки. Их в семье было трое: два юноши – Владимир и Юрий, и дeвyшка Тереза. Когда хрупкая дeвyшка Тереза Васильевна стала дрессировщицей, братья только смеялись над ней. Но в итоге Тереза Васильевна Дурова получила звание народной артистки РСФСР.

Цирковая династия Дуровых

В 1953 году в цирковой династии Дуровых родилась дочь – Тереза Ганнибаловна. Отец дeвoчки, Ганнибал Владимирович Наджаров, был музыкантом и дрессировщиком. Чтобы обеспечить дочери спокойное детство, родители оставили Терезу на воспитание бабушке и дедушке по линии отца, в г. Баку. Но увидев мать, окруженную слонами на манеже цирка, 5-летняя Тереза не захотела возвращаться в Баку, к нормальной жизни. Проблема выбора профессии перед дeвoчкой не стояла, но она все же отошла от семейной традиции и вместо манежа выбрала сцену. После окончания школы дeвyшка поступила на режиссерский факультет Российского института театрального искусства.

Литература[ | ]

• Двинский Э. Я.
  В. Л. Дуров. — М: Московский рабочий, 1956. — 127 с. — 75 000 экз.
• Двинский Э. Д.
  Уголок имени В. Л. Дурова.. — М: Московский рабочий, 1970. — 184 с. — 65 000 экз.
• Дурова Н. Ю.
  Театр зверей дедушки Дурова. — М: Детская литература, 2020. — 32 с. — 5000 экз. — ISBN 978-5-08-005301-6. — ISBN 978-5-08-005628-4.
• Дурова-Садовская А. В.
  По вечерам на Старой Божедомке. — М: Искусство, 1977. — 208 с. — 30 000 экз.
• Чижевский А. Л.
  Вся жизнь. Годы и люди. — М: Советская Россия, 1974. — 208 с. — 50 000 экз.

Театр

Карьера Терезы началась в 13 лет, с цирковой арены, где дeвoчка вместе с матерью выступала с дрессированными слонами. В семь лет дeвoчка уехала из Баку к родителям, в кочевой цирк, и там и осталась. До 21 года дeвyшка выступала на арене с цирковыми номерами и дрессированными животными, а выйдя замуж, оставила цирк и поселилась с мужем в Москве.

Цирковой артистке применить себя в столице было негде, поэтому Тереза подошла к профессии с другой стороны Девушка получила высшее образование по специальности «Режиссура». Еще на втором курсе ГИТИСа Тереза устроилась на работу преподавателем в Московское цирковое училище.

Тереза Дурова в театре

Однажды в разговоре с клоуном Дурова узнала, что столичные цирки отчаянно нуждаются в представителях этой веселой, но непростой профессии. После разговора на эту тему с Юрием Никулиным, в 1991 году, Тереза Ганнибаловна выступила организатором Международного фестиваля клоунов в Москве, в надежде найти таланты из провинции. Фестиваль прошел столь успешно, что артистка решила создать Московский театр клоунады.

Следующей проблемой, вставшей на пути артистки, стала необходимость дать театру статус государственного. Для этого потребовалось собрать массу подписей на разных документах. Сейчас детище артистки носит название «Театриум на Серпуховке под руководством Терезы Дуровой».

История[ | ]

Карьера основателя[ | ]

Основная статья: Владимир Леонидович Дуров

В юности Владимир Дуров увлекался дрессировкой. Он дебютировал в 1879 году в качестве соло-клоуна и дрессировщика. В 1883-м продолжил работу исполнителем силовых номеров, звукоподражателем, фокусником и куплетистом. С 1887 года выступал в цирке Саламонского как клоун-дрессировщик и сатирик. Владимир Дуров разработал систему мягкой дрессировки, основанной на гуманном обращении с животными[2].

Становление театра зверей[ | ]

Символ театра Дурова, 2008 год
В 1894 году на улице Старая Божедомка (в настоящее время — улица Дурова) австрийский архитектор Август Вебер построил небольшой особняк с садом и конюшней. В 1908-м его купил Владимир Дуров и переоборудовал в дом для животных, создав для них наиболее подходящие условия. В 1911—1912 годах здание перестроили по проекту архитектора Николая Поликарпова: дополнительно были возведены зверинец и бассейны[3]. Уголок открылся в 1912 году[4], он включал в себя театр «Крошка», рассчитанный на 90 зрителей, естественно-научный музей и научную лабораторию, в которой проводились наблюдения за животными, велись лекции о звериной психологии и разpaбатывались новые приёмы дрессировки[1][2].

Москва получила интересный рождественский подарок: «звериный» уголок, устроенный талантливым клоуном В. Л. Дуровым. Капиталисты-буржуа бросают десятки и сотни тысяч на создание шато-кабаков, ресторанов, тpaктиров, а клоун, потешавший публику на цирковых аренах шутовскими выходками, правда, всегда остроумными, создал учреждение общественно полезное, вложив в него всё, что им было заработано в течение долгой артистически-цирковой деятельности.

— Заметка об открытии театра в «Московской газете» от 27 декабря 1911 года[3]

Читайте также  Екатерина маркова - биография знаменитости, личная жизнь, дети

Изначально представления в театре «Крошка» проходили для людей всех возрастов. Владимир Дуров поставил задачи пропагандировать естественно-научные знания и прививать любовь к животным. Позднее появились отдельные спектакли для детей от двух до шести лет. Перед зрителями выступали собака-математик, енот-прачка, танцующие козы и другие животные. Шли спектакли «Репка» и «Приглашение на праздник»[3][1].

В сентябре 1919 года Народный комиссариат просвещения РСФСР оказал дрессировщику государственную поддержку, а Владимир Дуров передал дом, музей и коллекцию животных в ведение Наркомпроса, ответственным за театр был Анатолий Луначарский: «Настоящим удостоверяю, что коллекция животных, собранная В. Л. Дуровым, не подлежит ни реквизиции, ни разбору… Все лица, нарушившие настоящее моё распоряжение, будут немедленно преданы Революционному суду»

[3]. Комплексу дали название «Научный и культурно-просветительский уголок имени В. Л. Дурова»[1][4].

В 1920-х годах Владимир Дуров создал «пpaктическую лабораторию по зоопсихологии», где исследовал воздействие внешней среды на животных и пpaктиковал гипноз. С 1924 по 1931 год в лаборатории работал советский учёный Александр Чижевский. Он проводил опыты по влиянию аэроионов воздуха на животных[5]. Созданный им прибор назвали люстрой Чижевского. В 1930-м дрессировщик переименовал лабораторию в Фабрику рефлексов в знак почтения перед работами Ивана Павлова[1][3].

Советские годы[ | ]

Цирковая афиша, 1929 год
В 1934 году Владимир Дуров умер, театр возглавила его жена, затем — младшая дочь Анна Дурова-Садовская. Через четыре года при Уголке открылся первый в мире театр зверей — в нём демонстрировались дрессированные животные и показывались представления для детей. В 1957-м специально для Всемирного фестиваля молодёжи и студентов театр подготовил концертную программу «На пять километров» — это расстояние от стадиона «Динамо» до здания театра. Спектакль был показан один раз и больше не повторялся. Подготовка к номеру началась весной того же года. Животных учили не бояться толпы и уличного шума, приучали к повозкам. В день выступления рано утром их перевезли в сад «Аквариум» на площади Маяковского, днём они присоединились к торжественному праздничному шествию по улице Горького и Ленинградскому проспекту. На стадионе было необходимо сделать два круга. Лошади везли вереницу украшенных повозок с животными. На первой повозке размещалось большое решётчатое колесо с бегающей лисой. Во второй находился прозрачный круглый «Кошкин дом» с сидящими в нём котом и крысами. В третьей на открытом помосте ехали пeтyx и лиса. На четвёртой повозке располагался окружённый решёткой спортзал с обезьяной-спортсменом. В пятой находился оркестр: олень играл копытами на баpaбане и медных тарелках, пони бил в медные чашки, свинья баpaбанила, медведь крутил шарманку. Замыкали шествие слон и верблюд[3][4].

В 1978 году после cмepти Анны Дуровой-Садовской директором и художественным руководителем стала правнучка Владимира Дурова Наталья. Она начала работу в театре ещё в 1956-м. К Олимпийским играм-80 по проекту архитектора Григория Саевича рядом со старым театром была построена Большая сцена — новое здание, рассчитанное на 328 зрительских мест. Название комплекса построек неоднократно менялось: в 1982 году он стал именоваться Театром зверей имени В. Л. Дурова, с 1992-го — московским театрально-концертным [1].

Личная жизнь

Начинающий журналист Сергeй Александрович Абрамов, сын писателя Александра Абрамова, приехал в цирк с целью взять интервью у знаменитой дрессировщицы Терезы Васильевны Дуровой. Тогда же молодой человек впервые увидел на арене ее дочь. Терезе тогда был 21 год и, судя по фото, дeвyшка была красавицей. Сергeй влюбился без памяти и вскоре покорил сердце юной дрессировщицы. Спустя год молодые люди поженились.

Внук и сын Терезы Дуровой

Родители отнеслись с пониманием и поддержали выбор дочери, а вот коллеги не понимали, как наследница династии Дуровых оставила цирк ради семейной жизни. Еще через год Тереза родила сына Артема Сергеевича Абрамова. Молодой человек не пошел по стопам матери, ему оказался ближе путь отца – Артем стал писателем и телеведущим. Супруга Артема – художник, сейчас изготавливает авторских портретных кукол.

Тереза Ганнибаловна и Сергeй Александрович прожили в бpaке 42 года и уже воспитывают внука Данилу. Продолжит ли Данила славную цирковую биографию бабушки – пока загадывать рано, но вырасти заурядным человеком в таком семействе у него точно не получится.

Отзывы

Театр Терезы Дуровой отзывы от публики получает в больших количествах. Зрители пишут:

• «Огромное спасибо артистам за чудесные представления, все молодцы».
• «Маленьким деткам нравятся представления до такой степени, что они при всей своей непоседливости, сидят спокойно, затаив дыхание и пpaктически не отвлекаясь».
• «В спектаклях театра замечательная музыка, прекрасные звуковые эффекты, красивые костюмы».
• «Постановки настолько замечательные, что даже взрослым зрителям интересно их смотреть».
• «Несколько разочаровал спектакль «Летучий корабль» наличием в нём рэпа, персонажей в дредах, олигархов, новомодных эффектов, а хотелось бы увидеть чисто русский мюзикл без подобных вещей».

Спектакль «Чёрное молоко, или Экскурсия в Освенцим» вызвал разные эмоции у зрителей, и мнения у них сложились противоположные. Кому-то постановка очень понравилась и задела, тронула душу, кому-то показалась неинтересной, пустой, и даже вызвала негативную реакцию. По поводу этого спектакля отзывы публика оставляет как положительные, так и отрицательные. На сайте театра между сторонникам различных мнений разгорелась жаркая дискуссия.

Тереза Дурова сейчас

Тереза Ганнибаловна в 64 года занимает должность художественного руководителя и главного режиссера Театриума и является его сердцем и душой. Репертуар, который Дурова подбирает лично, представлен на официальном сайте. На сцене театра идут спектакли для разных возрастных групп: от самых маленьких («ТестО», «Летучий корабль») до подростков и даже взрослых («В джазе только дeвyшки», «Мужской род. Единственное число»).

Театр клоунады под руководством Терезы Дуровой

Тереза, с детства приученная родителями не только выступать на арене цирка с животными, но и убирать навоз в конюшне, не гнушается никакой работы в своем театре: она шьет костюмы для актеров, помогает их гримировать и даже в отпуске Тереза на работе.

«Театриум на Серпуховке» гастролирует с постановками по территории Российской Федерации, создает театральные проекты и проводит международные фестивали театрального искусства, сотрудничает с европейскими режиссерами.

Тереза Дурова в 2017 году

22 сентября 2020 года в Москве, при поддержке Правительства, прошел 11 фестиваль «Гаврош» под руководством «Театриума» и Терезы Дуровой. В этом году фестиваль посвящен театральному искусству Франции и рассчитан на зрителей любого возраста.

Несмотря на возраст, Тереза Ганнибаловна каждое утро проводит в спортзале, а день — на работе. Исключением становится только воскресенье. В единственный выходной день Дурова ездит с семьей на дачу в лесу, играет с внуком и изучает английский язык.

Репертуар

Театр на Серпуховке Терезы Дуровой представляет своим зрителям следующие спектакли:

Тереза дурова — биография знаменитости, личная жизнь, дети

ДУРОВА
Тереза Васильевна
(05.09.1926 – 29.07.2012)

Цирковая дрессировщица, народная артистка РФ.

Тереза Васильевна доводилась внучкой основателю знаменитой цирковой династии — Анатолию Леонидовичу Дурову (1864–1916). Обладала очень маленьким и неподходящим для дрессировщицы ростом — 150 см, поэтому её родные братья Владимир Васильевич и Юрий Васильевич не разделяли стремление сестры посвятить себя дрессировке. Дебют Терезы Васильевны со смешанной группой животных состоялся в 1947 г. на манеже Пензенского цирка «Красногвардеец». Впоследствии она приезжала в Пензу, как в родной дом, многократно, в том числе в 1969 г. будучи руководителем Национального латвийского цирка. В день своего 75-летия первая женщина-укротительница из династии Дуровых получила телеграмму от Президента России В. В. Путина, в которой были признательные слова:

«Представительница легендарной цирковой династии, Вы завоевали сердца многочисленных поклонников манежа блестящим мастерством, бесстрашием и удивительным обаянием. И хотя имя отважной дрессировщицы Терезы Дуровой не сходит с афиш вот уже более полувека, Ваш талант остаётся таким же ярким и жизнеутверждающим».

После 65-летней дрессировки животных и цирковой деятельности, Тереза Васильевна , оставаясь преданной и верной своим воспитанникам, признавалась:

«Травмированы голова, ключица, позвоночник в четырёх местах. Сломаны обе ноги и 11 рёбер. Рёбра сломала зебра, ноги — верблюд, по позвоночнику слон ударил. А ещё обезьяна откусила палец, медведь во время представления отгрыз коленный сустав. »

К осознанию завершения своей цирковой деятельности Т. В. Дурова пришла и после кончины её любимой слонихи Монри, после чего Тереза Васильевна передала в Пензенский цирк всех своих животных, костюмы и реквизит.

13 апреля 2003 г. имя Т. В. Дуровой было присвоено Пензенскому цирку, и он стал именоваться:

«Пензенский ордена «Знак Почёта» государственный цирк им. народной артистки РСФСР Терезы Дуровой» .

На фасаде цирка установлена мемориальная доска в честь дебюта здесь Терезы Васильевны . Доска изготовлена пензенским скульптором Александром Саркисовичем Хачатуряном.

Осенью 2003 г. по просьбе Т. В. Дуровой церемония вручения ей ордена «Знак Почёта» из Кремля была перенесена в Пензенский цирк. Директор Воронежского цирка им. А. Л. Дурова, народный артист РСФСР Борис Константинович Бирюков отмечал:

«Да, это поистине знаковое событие: Пензенскому цирку присвоено имя нашей землячки дрессировщицы Терезы Васильевны Дуровой. Думаю, что ни история драматического театра, ни хореографии, ни оперного искусства, ни цирка никогда не знала ничего подобного: при жизни Мастера его имя присваивали творческому коллективу!

Это совершенно неординарное событие, и Тереза Васильевна его сполна заслужила. Её авторитет — а он держится на колоссальном мастерстве артистки — в цирковой среде непререкаем. Вы бы знали, как уважительно к ней относится и молодежь, и те, кто уже сами признанные мастера. Она настоящая легенда нашего цирка! Когда-то, на заре своей артистической карьеры, а начинала она как раз на арене Пензенского цирка — Тереза Васильевна сказала: «У меня нет ничего, кроме дедовской фамилии. Я сделаю всё, чтобы быть достойной Анатолия Леонидовича Дурова».

И она своё слово сдержала. Мне столько раз приходилось слышать от зрителей: «Землячка наша выше всяких похвал!» Тереза Васильевна собирается покинуть арену, но у неё есть замечательная продолжательница династии Дуровых, её дочь Тереза-младшая, возглавляющая Театр клоунады».

Брат деда Терезы Васильевны Владимир Леонидович Дуров (1863-1934) выступал на арене пензенского цирка в 1907 г., пять лет спустя в 1912 г. пензенскую гастроль повторил дед великой укротительницы Анатолий Леонидович Дуров (1864–1916).

Источник: Тюстин, А. В., Шишкин И. С. Пензенская персоналия.
Славу Пензы умножившие. [В 3 т.]. Т. 1 (А-Л).: [биогр. слов.]
/ Тюстин А. В., Шишкин И. С. — Пенза : б. и., 2012. – 208 с.: портр.— с. 110-111.
________________________________________

«Меня так воспитывали: берешься — делай». Большое интервью с Терезой Дуровой

За 25 лет «Театриум на Серпуховке» прошел большой путь — от Театра клоунады с самодельным реквизитом до одного из самых известных театров столицы. Все это время им руководит Тереза Дурова — правнучка того самого легендарного циркового артиста Анатолия Леонидовича. Она сама начинала с цирка — дрессировала слонов. А потом поняла, что не хочет часто и надолго уезжать из Москвы на гастроли. Так в жизни Терезы Дуровой появилась сцена — сначала как хобби. Не растеряв за 25 лет увлеченности неофита, сегодня она продолжает говорить о театре с восторгом и большой любовью.

— Тереза Ганнибаловна, «Театриуму на Серпуховке» исполняется 25 лет. О чем вы думаете, оглядываясь на все эти годы?

— Боже мой, я не понимаю, как мне это удалось. Как быстро прошли эти 25 лет, я их даже не заметила! И сколько всего сделано! Но знаете, для театра это юношеский возраст и самое интересное у нас еще впереди.

Читайте также  Борис грумбков (юрист) - биография знаменитости, личная жизнь, дети

— Каким вы видите свой театр через 10 лет?

— Я думаю, к этому времени труппа станет в полтора раза больше, репертуар — в два раза шире, зрителей — в десять раз больше. Еще будет много-много работы и гастролей. Еще больше, чем сейчас.

— Когда будете праздновать юбилей?

— 23 ноября. Билеты на все спектакли, которые будут идти в этот день на всех трех сценах, стоили всего один рубль. Их раскупили очень быстро.

Мы бы хотели пригласить всех, кто хочет быть с нами в этот день. Но залы просто физически не вместят абсолютно всех желающих. К тому же зрители очень любят иметь на руках билет — официальное подтверждение своего места. Продажа билетов по символической цене помогает избежать гигантского столпотворения.

— Вы и художественный руководитель, и главный режиссер, и директор. Каковы ваши основные задачи?

— Выжить! Все эти должности для меня абсолютно неразделимы. Как директор, я должна думать о материальной базе моего театра, при этом мне нельзя забывать о репертуаре: какие спектакли идут сейчас, какие нужно поставить в будущем, какую они несут режиссерскую и художественную ценность. По-моему, нормально, когда обо всем этом думает один человек, а не несколько.

Все наши спектакли успешны

— Есть ли какой-то спектакль, которым вы особенно гордитесь?

— Вы знаете, такого нет. Часто мои друзья просят посоветовать постановку, а я не могу. Все наши спектакли — шлягеры, все успешны. Что-то неудачное просто ради галочки я бы в репертуаре держать не стала. Все, что идет на сцене, интересно и режиссерам, и актерам, они получают удовольствие от самого рабочего процесса. Они не мучаются за кулисами: «О боже, опять мы будем играть этот ужас, который у нас в печенках сидит».

— Вы говорили, постановки должны быть одинаково интересны и взрослым, и детям, потому что в основном люди приходят всей семьей. На что вы ориентируетесь, решая, ставить ли тот или иной спектакль?

— На себя. Если будет интересно нам, будет интересно и зрителям. В своих спектаклях мы задаем вопросы и мы же на них отвечаем. Моделируем ситуации, которые могут произойти и в жизни. Такая стратегия дает результат — у нас всегда полные залы.

— Каких премьер ждать в ближайшем будущем?

— Мы сейчас делаем спектакль «Волшебная мельница Сампо» на основе «Калевалы», карело-финского эпоса. В декабре должна состояться премьера. Сейчас у нас есть несколько довольно серьезных предложений. Но пока о них рано говорить.

— Спектакль «Японская сказка. Меч самурая» вошел в этом году в лонг-лист премии «Золотая маска». Как считаете, почему именно он?

— Понятия не имею. Каждый раз, когда я выпускаю какой-то спектакль, я ставлю в известность «Золотую маску», вот и все. Эксперты приходят и смотрят — так же случилось и в этот раз. Я никак не отреагировала на то, что «Японская сказка. Меч самурая» попала в лонг-лист. Ни положительных, ни отрицательных эмоций по этому поводу не испытываю. Будет следующая премьера — я снова сообщу. Это чистой воды ритуал, заявка, не более того.

Клоун — актер универсальный

— Изначально у «Театриума на Серпуховке» было другое название — Московский театр клоунады. Сатира и пантомима есть здесь и сегодня. В чем принципиальная разница?

— Мы, конечно, с удовольствием оставили бы прежнее название, потому что клоунада — это величайший жанр. Но публика этого не понимает. Зачастую людям все равно — театр клоунады или клоунов, для них это пpaктически равнозначные вещи. Просто очень многие люди, включая детей, не любят клоунов.

— Они их боятся?

— Кто-то боится, кто-то не понимает этого открытого юмора, считая, что он хамский. Кто-то думает, что место клоунов — в цирке, что с актером, работающим в этом жанре, ни о чем серьезном разговаривать нет смысла. На это сильно повлияли наши псевдоколлеги, которые в 1990-х годах купили себе пластиковые ботинки, надели красные носики и стали выступать на праздниках. В конечном итоге они так надоели своим непрофессионализмом, что снизили позиции этого жанра.

Нашему театру стало очень сложно, публика перестала идти. Это было очень обидно, ведь клоун — актер универсальный, он должен уметь и петь, и через голову переворачиваться, и дикцией владеть. Это колоссальный труд. Надо было, чтобы люди пришли, поняли, насколько это интересно, но это очень длительный процесс. Перейти в музыкально-драматический театр нам, в принципе, ничего не стоило, мы просто поменяли название.

— Но ведь к этому времени в стране был хорошо известен театр «Лицедеи» Вячеслава Полунина — даже его популярность не помогала? Кстати, знакомы ли вы с Полуниным? Вам близок его подход к театру?

— Если говорить об этом, я знакома с Полуниным. Его подход к театру мне не близок. Он выбрал собственный путь: один спектакль — одна маска на всю жизнь. А мне интересен репертуарный театр.

— Какие в то время у вас были костюмы, реквизит?

— Был такой замечательный магазин при ткацкой фабрике, назывался «Лоскут». Мы очень много там покупали. Один рулон ткани стоил три копейки. Потом мы сами кроили, шили, делали реквизит — можно сказать, на коленке. Но хуже от этого ничего не становилось! Эти вещи, сделанные своими руками, несли в себе особую энергетику. Это был эксклюзив!

— Наверное, тот факт, что вы все делали сами, отражался на количестве?

— Да. Если сейчас у каждого спектакля по 120–150 костюмов, то тогда было всего 20, 30 или 40. И средств было не очень много. Это был период, когда мы собирались всей труппой и решали, что купить: фонарик или туфли актеру, которому уже не в чем выступать. Это были деньги, полученные с зала, — очень маленькие суммы. Так мы просуществовали примерно года два. Через два года мы стали городским театром и получили финансовую поддержку.

Придерживаемся простых правил

— Есть ли сейчас в вашем театре особенные правила, табу?

— Да, конечно, как в любой нормальной семье. Во-первых, у нас сухой закон. Послабление бывает только в определенные дни. Во-вторых, в гримерках никто не курит. В-третьих, на репетиции и спектакли никто не опаздывает. Еще мои актеры не ходят в сценических костюмах в буфет — там же можно их испачкать, да и запах еды останется, это неприятно. Мы все придерживаемся этих простых правил. Еще у нас много детей-актеров, и они нас, скажем так, дисциплинируют, ведь всегда же хочется подавать самый лучший пример.

— «Театриум на Серпуховке» проводит ежегодный фестиваль «Гаврош». Как появилась эта идея?

— Она возникла у журналиста, историка-театроведа, критика, писательницы Марины Райкиной, с которой мы дружим. Она предложила сделать такой фестиваль, на котором показывают спектакли только одной страны. Но здесь и цирк, и балет, и драма, и кукольные постановки. Это дает возможность публике узнать больше об определенной стране, услышать ее язык, понять культуру, менталитет.

— Чем вы особенно гордитесь, какими именами?

— К нам приезжали спектакль Эмманюэля Демарси-Мота «Алиса в Стране чудес», Театр де ля Вилль, знаменитый шведский Circus Cirkor c шоу Inside Out, итальянский режиссер, актер, музыкант и художник Антонио Каталано со спектаклем и инсталляцией, потрясающий драматург Филипп Дорен с постановкой «Зима. Четыре собаки кусают мои руки и ноги…». Лично моим фаворитом на последнем «Гавроше» стала «Каштанка» нюрнбергского театра Mummpitz im Kachelbau.

— Уже известно, какая страна будет представлена в следующем году?

— Да, это Голландия.

— Сколько времени уходит на подготовку «Гавроша»?

— Это все начинается ровно на следующий день после того, как заканчивается предыдущий. То есть мы закрыли фестиваль этого года и на следующий день уехали в Амстердам. Там был шоу-кейс новых спектаклей, некоторые из них мы уже отобрали в программу следующего года. Все разные — от спектакля о Мартине Лютере Кинге до постановки «Роботы».

Если берешься — делаешь до конца

— Тереза Ганнибаловна, вы из цирковой династии. Почему в свое время вы выбрали не арену, а сцену?

— Это жизнь так распорядилась. Мой муж не имеет никакого отношения к цирку, и было довольно сложно — я часто в разъездах, а он в Москве. Сам он не ставил мне никаких условий, говорил: «Да ради бога, работай». Но меня не устраивала эта ситуация, и в один прекрасный день я поняла, что нужно выбирать. Конечно, были свои сложности: цирк для меня был понятен, а что меня ждет, если я его брошу, — неизвестно. И знаете, без другого опыта работы, но зато с умением дрессировать слонов было трудно найти что-то в Москве. Но мне помогло образование, полученное в ГИТИСе.

— Вы говорили, что театр для вас — прежде всего не работа, а хобби. Но за 25 лет и хобби может утомить. Как вам удается сохранить энтузиазм?

— Энтузиазм на самом деле — это жизненная позиция человека. В моем случае это уже принцип дома, принцип четвертого поколения династии Дуровых. Меня так воспитывали: берешься — делай до конца. А интерес не угасает, потому что я люблю все то, что составляет этот театр, — музыку, литературу, драматургию. Мне кажется, я даже во сне думаю о том, как лучше поставить ту или иную сцену. Пока завтpaкаю, я ее «проверяю». Пока еду в машине и слушаю музыку, тоже думаю о ней. У меня очень много дисков с пьесами. Я слушаю, как великие актеры их читают. Это прекрасное развлечение или отдых, хотя кто-то может сказать, что я в этот момент тоже занимаюсь работой.

— Ваша семья часто приходит на спектакли?

— Муж и внуки приходят редко, но когда это случается, говорят: «Какая ты у нас молодец». Им нравится, что я делаю, несмотря на то, что меня часто не бывает дома и я не всегда могу им уделить столько внимания, сколько хочу. С сыном проще: Артем — мой драматург, поэтому тут далеко ходить не надо.

— А если у вас появляется свободное время, где предпочитаете его проводить? Есть любимые места?

— Любимое место — это мой рабочий кабинет. Но вообще мне нравится ходить пешком, я безумно люблю старую Москву. Могу часами просто блуждать по закоулкам-переулкам, особенно когда хорошая погода. И даже во время прогулки, если увижу, допустим, на каком-то здании интересный орнамент, я начинаю думать о том, как это использовать в спектакле. Так что все равно все возвращается в один котел.