Пушкин александр сергеевич дата cмepти

Анонимный вопрос

2 июля 2022  · 18,1 K

Выпускница филологического факультета МГУ, преподаватель немецкого языка и…

Александр Сергеевич Пушкин умер зимой 1837 года в Санкт-Петербурге. Ему было 37 лет.

Пушкин получил тяжёлое ранение на дуэли и вскоре скончался в окружении своих друзей и семьи. После того как в Петербурге узнали, что Пушкин cмepтельно ранен, у его дома неизменно была толпа людей – знакомых и незнакомых, которые переживали за его судьбу и здоровье.
Причиной дуэли стала личная ссора поэта с офицером Жоржем Дантесом, который был лично знаком с женой Пушкина, Натальей Гончаровой, и оказывал ей знаки внимания. Пушкин был вынужден бросить вызов своему обидчику. В то время аристократы, знатные и состоятельные люди, чаще всего решали свои споры и конфликты на дуэли. Дуэль подразумевала не только сам поединок, но и определенную последовательность действий, «этикет дуэли»: вызвать на дуэль можно было бросив своему обидчику перчатку, также необходимо было озаботиться выбором секунданта – то есть, надёжного товарища, который будет сопровождать дуэлянта вплоть до самого поединка.

Александр Сергеевич Пушкин погиб очень рано, но за свою короткую жизнь он создал настоящую классику русской литературы: детские сказки «О царе Салтане», «О рыбаке и рыбке», а также более серьёзные произведения, например, «Капитанская дочка» и «Евгений Онегин». Стихотворения Пушкина до сих пор считаются бриллиантами русской поэзии и литературы.

В свободное от работы время люблю читать, заниматься растениями и путешествовать…

Великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин умер 10 февраля 1837 г. в очень молодом возрасте, ему было всего 37 лет.
Причиной cмepти поэта стала фатальная дуэль с молодым кавалергардом Дантесом, который оказывал знаки внимания жене Пушкина, Наталье Николаевне. На дуэли Пушкин был cмepтельно ранен.
За свою недолгую жизнь поэт успел оставить… Читать далее

а почему пушкин был в тюрьме или где там скажате мне пожа4луста бкдк очень блогадарна если кто мне скажет нут .то читала без остоновки было очень интересно

Кем были родители А.С. Пушкина? Чем занимались?

Занимаюсь козами, люблю животных, книги, штангу, учу языки. Круг интересов…

Отец Александра Сергеевича – Сергeй Львович (1770 – 1848), служил в гвардии, после состоял в Комиссариатском штате. Писал стихи на французском, участвовал в спектаклях.

Его жена (и мать А.С. Пушкина) – Надежда Осиповна Ганнибал (1775 – 1836) была образованной, жизнерадостной и очень красивой дeвyшкой, как и Сергeй Львович хорошо знала французский. В возрасте 21 года завела семью с Сергеем Львовичем Пушкиным, с которым прожила 40 лет, воспитав четверых детей.

Прочитать ещё 1 ответ

Правда ли, что Гоголь не умер, а был в летаргическом сне, и его похоронили живым?

Литературовед, https://t.me/thinking_reed

Вообще слухи о том, что Гоголя похоронили живым, уснувшим летаргическим сном, вероятно, были порождены еще современниками. Они основывались на фобии писателя умереть во сне, именно поэтому он не спал лёжа. Анненков так описывает ночи, проведенные с Гоголем:

«Гоголь довольно часто, а к концу все чаще и чаще, приходил в мою комнату, садился на узенький плетеный диван из соломы, опускал голову на руку и дремал долго после того, как я уже был в постели и тушил свечу. Затем переходил он к себе на цыпочках и так же точно усаживался на своем собственном соломенном диванчика и сидел вплоть до света…»

На мой взгляд, самый убедительный аргумент в пользу того, что Гоголя не хоронили живым, — поcмepтная маска, снятая с писателя скульптором Рамазановым. И если предположить, что Гоголь действительно был в летаргическом сне, и это не смогли определить врачи, то писатель должен был задохнуться под маской, пока гипс засыхал на его лице.

Прочитать ещё 4 ответа

Что стало бы с русской литературой, если бы Пушкин выиграл дуэль?

Конечно, он был бы наказан, и строже, чем кто другой. Но, как и прежние наказания, это было бы для России не cмepтельно. А что было бы в русской литературе и с русской литературой – это отчасти можно предвидеть. 1) Продолжал бы издаваться ЕГО “Современник”, который уже к 1840-му году, совершенно несомненно, стал бы ВЕДУЩИМ русским журналом, и в числе его БЛИЖАЙШИХ сотрудников раньше других оказался бы Белинский (на него Пушкин уже обратил внимание и собирался пригласить его в свой журнал, и Белинский об этом знал). А если учесть, ЧТО ТАКОЕ Белинский со своим ДАЖЕ И БЕЗ ТОГО СОСТОЯВШИМСЯ значением для всей последующей русской литературы, то дух захватывает, стоит только представить себе тандем ПУШКИН + БЕЛИНСКИЙ ! 2) И творчество, да и судьба, Гоголя были бы иные, и Лермонтов, который уже напечатал и “Бородино”, и “Купца Калашникова” и собирался как раз до лета 1837 года предстать перед Пушкиным с чем-нибудь “достойным”, – ведь и он бы прославился отнюдь не “Смертью поэта”, а чем-то вовсе-вовсе другим. И, быть может, известность Тютчева-поэта не отсрочилась бы на пятнадцать лет (до некрасовско-тургеневской инициативы 1854 года). И будущие “славянофилы” дебютировали бы не так, как случилось, и “западники” не с тем же пылом и жаром бросились бы в “гегельянство” и “фурьеризм”! А все-все они – до единого! – уже и родились, и сложились как личности к тому роковому 1837-му!.. – Нет, живи Пушкин хотя бы только еще в 1840-1850-х годах – и ВЕСЬ облик русской литературы, а с нею и всей русской культуры (ведь это и Глинка, и Даргомыжский, и Брюллов, и Венецианов, и Федотов, и Александр Иванов, а в 1840-х – еще и Тургенев, Гончаров, Герцен, Островский, Некрасов, Фет, Писемский, Ап. Григорьев, Достоевский наконец) был бы НЕСОИЗМЕРИМО более мощным и самобытно-зрелым. Даже и “шестидесятники” – а они тоже уже подрастали и набирались ума – состоялись бы совсем не в тех “шорах” и “акцентах”, как оно случилось в нашей истории. Если русская литература XIX века БЕЗ живого Пушкина уже к 80-м годам вышла на мировой уровень своего значения и получила всеевропейское признание, то можно наверняка утверждать, что ВМЕСТЕ с Пушкиным она просто заняла бы уже к исходу века НЕСРАВНИМОЕ НИ С ЧЕМ ЛИДИРУЮЩЕЕ положение в мировой культуре. Западная РУСОФОБИЯ, махровым цветом расцветшая после появления жалкой, трусливо-напыщенной, фанфаронской книжонки маркиза де Кюстина “Россия в 1839 году”, конечно же, не только была бы той же самой, но и гораздо более злобной и напористой, потому что не один В.А. Жуковский тогда назвал бы ее автора “собакой”, да и то в частном письме, но ПРЕЖДЕ ВСЕГО Пушкин – Пушкин, еще в 1831 году отвечавший на парламентскую истерию в Париже своей исполненной силы и национального достоинства инвективой “Клеветникам России”, отвечал бы всем ретивым кюстинчикам (включая, увы, и Адама Мицкевича с его “лекциями”) так, как НИКТО ИЗ НАС не сумел бы – да и сейчас не умеем – отвечать… – Жаль только, что даже фантазировать на эту тему – больно… А в заключение не лишне вспомнить слова Некрасова о Лермонтове: Если бы Лермонтов был жив, то в русской литературе не понадобились бы ни я (Некрасов), ни Тургенев, ни Толстой (Лев, конечно), – каково?!! И это всего лишь о Лермонтове, “наследнике” и “продолжателе”! Полагаю, что даже помыслить в этом плане о Пушкине – для Некрасова было просто непереносимо: сердце замирало и разрывалось на части…

Прочитать ещё 5 ответов

Правда ли, что Пушкин
был националистом?

Специалист широкого, но не очень глубокого профиля.
А ещё люблю читать книжки…

Думаю, следующая цитата (которую у нас любят обрывать на середине) даёт исчерпывающий ответ

“Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство. Ты, который не на привязи, как можешь ты оставаться в России? если царь даст мне слободу, то я месяца не остaнycь. Мы живем в печальном веке, но когда воображаю Лондон, чугунные дороги, паровые корабли, английские журналы или парижские театры и <бордели> — то мое глухое Михайловское наводит на меня тоску и бешенство. В 4-ой песне «Онегина» я изобразил свою жизнь; когда-нибудь прочтешь его и спросишь с милою улыбкой: где ж мой поэт? в нем дарование приметно — услышишь, милая, в ответ: он удрал в Париж и никогда в проклятую Русь не воротится — ай да умница.” (Из письма Вяземскому, 27 мая 1826)

Прочитать ещё 5 ответов

29 января (10 февраля) 1837 года, скончался после ранения на дуэли Александр Сергеевич Пушкин, которого сегодня называют «солнцем русской поэзии». Что же привело к этой трагедии, и какими были последние дни великого поэта?

Анонимки и дуэль

4 (16) ноября 1836 года Пушкин и несколько его друзей получили по почте анонимный пасквиль на французском, под заголовком: «Патент на звание рогоносца». Содержание его было таково: «Кавалеры первой степени, комaндоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д.Л. Нарышкина, единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И. Борх».

Читайте также:  Кто по гороскопу курбан омаров

На что намекали эти строки, гадать не приходилось. Речь шла о романе, якобы вспыхнувшем между Натальей Николаевной Пушкиной и поручиком-кавалергардом Жоржем Дантесом, приемным сыном посланника Нидерландов, барона Луи Геккерна. По крайней мере, об этом в последнее время ходили упopные слухи.

Пушкин тотчас же отправил Дантесу вызов на дуэль. Однако в то же время Дантес предложил руку и сердце родной сестре Натальи Николаевны – Екатерине Николаевне. Близким удалось отговорить Пушкина от дуэли с будущим родственником…

Бpaкосочетание Жоржа Дантеса и Екатерины Гончаровой состоялось 10 января. Меж тем слухи по поводу любовной связи между Дантесом и Натали Пушкиной все продолжали распространяться. 26 января Пушкин послал барону Геккерну письмо, в котором сообщал, что отказывает ему и его приемному сыну от дома. В ответ пришел вызов на дуэль. Но барон не мог драться с Пушкиным сам, так как это стало бы угрозой его дипломатической карьере: эта роль отводилась Дантесу.

Встреча была назначена на 27 января на Черной речке, возле Комендантской дачи. Первым по жребию выстрелил Дантес и тут же нанес Пушкину серьезную рану: пуля раздробила бедренную кость и угодила в живот. Поэт упал, однако все равно попытался сделать ответный выстрел, сидя на земле.

Он легко ранил Дантеса в правую руку, а затем потерял сознание от кровопотери… Его на руках перенесли в извозчичьи сани, затем у Комендантской дачи пересадили в карету, которую послал на место дуэли Геккерн, и отвезли домой, на набережную Мойки, 12.

Смерть поэта

В последующие дни кровотечение из раны не прекращалось. Пушкин испытывал жажду, тошноту, нарастали боли в области живота. Пульс был слабым. Его бросало то в жар, то в холод, он периодически впадал в состояние забытья.

Спасти раненого пытались лучшие петербургские врачи во главе с императорским лейб-медиком Н.Ф. Арендтом, но, как мы знаем, их попытки были напрасными. Через два дня после дуэли, 29 января 1837 года, больному стало трудно дышать, появились галлюцинации.

Но сознание оставалось относительно ясным. Арендт не стал скрывать от Пушкина его состояния. Поэт попрощался с женой и детьми, послал за священником… В 14:45 наступила cмepть. В момент кончины Пушкина в его доме были остановлены часы.

Поэт и царь

Трагедия усугублялась тем, что дуэли в то время были под запретом. В частности, К.А. Данзаса, который был секундантом Пушкина, могли арестовать за участие в дуэли. Поэтому, уже находясь на cмepтном одре, поэт через Арендта (по другим данным – через В.А. Жуковского) передал императору прошение о помиловании для Данзаса.

Несмотря на то, что Николай I считал Пушкина «вождем вольнодумцев», его так растрогало предcмepтное послание поэта, что он ответил: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не беспокойся, я беру их на свои руки».

Царь сдержал свое обещание: в частности, распорядился выдать Наталье Николаевне и детям из казны единовременно 10 000 рублей, оплатить долги Пушкиных, назначить вдове и дочерям пенсион, а сыновей отдать в пажи, выделив каждому из них по 1500 рублей. Этим дело не ограничилось: монарх приказал издать за казенный счет собрание сочинений Пушкина, а весь доход от продажи отдать семье.

Правда, опять же по инициативе императора, похороны поэта были устроены более чем скромно. Отпевание состоялось в Конюшенной церкви в ночь с 31 января на 1 февраля. Присутствовали на нем лишь близкие, друзья Пушкина и члeны иностранных миссий. Панихида проходила под присмотром жандармов. Очевидно, Николай I опасался беспорядков.

Что же касается Геккерна и Дантеса, то им было велено в кратчайшие сроки покинуть Петербург, что они и сделали.

29 января (10 февраля) 1837 года, скончался после ранения на дуэли Александр Сергеевич Пушкин, которого сегодня называют «солнцем русской поэзии». Что же привело к этой трагедии, и какими были последние дни великого поэта?

Анонимки и дуэль

4 (16) ноября 1836 года Пушкин и несколько его друзей получили по почте анонимный пасквиль на французском, под заголовком: «Патент на звание рогоносца». Содержание его было таково: «Кавалеры первой степени, комaндоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д.Л. Нарышкина, единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И. Борх».
На что намекали эти строки, гадать не приходилось. Речь шла о романе, якобы вспыхнувшем между Натальей Николаевной Пушкиной и поручиком-кавалергардом Жоржем Дантесом, приемным сыном посланника Нидерландов, барона Луи Геккерна. По крайней мере, об этом в последнее время ходили упopные слухи.
Пушкин тотчас же отправил Дантесу вызов на дуэль.
Однако в то же время Дантес предложил руку и сердце родной сестре Натальи Николаевны – Екатерине Николаевне. Близким удалось отговорить Пушкина от дуэли с будущим родственником…
Бpaкосочетание Жоржа Дантеса и Екатерины Гончаровой состоялось 10 января. Меж тем слухи по поводу любовной связи между Дантесом и Натали Пушкиной все продолжали распространяться. 26 января Пушкин послал барону Геккерну письмо, в котором сообщал, что отказывает ему и его приемному сыну от дома. В ответ пришел вызов на дуэль. Но барон не мог драться с Пушкиным сам, так как это стало бы угрозой его дипломатической карьере: эта роль отводилась Дантесу.
Встреча была назначена на 27 января на Черной речке, возле Комендантской дачи. Первым по жребию выстрелил Дантес и тут же нанес Пушкину серьезную рану: пуля раздробила бедренную кость и угодила в живот. Поэт упал, однако все равно попытался сделать ответный выстрел, сидя на земле. Он легко ранил Дантеса в правую руку, а затем потерял сознание от кровопотери… Его на руках перенесли в извозчичьи сани, затем у Комендантской дачи пересадили в карету, которую послал на место дуэли Геккерн, и отвезли домой, на набережную Мойки, 12.

Смерть поэта

В последующие дни кровотечение из раны не прекращалось. Пушкин испытывал жажду, тошноту, нарастали боли в области живота. Пульс был слабым. Его бросало то в жар, то в холод, он периодически впадал в состояние забытья.
Спасти раненого пытались лучшие петербургские врачи во главе с императорским лейб-медиком Н.Ф. Арендтом, но, как мы знаем, их попытки были напрасными. Через два дня после дуэли, 29 января 1837 года, больному стало трудно дышать, появились галлюцинации. Но сознание оставалось относительно ясным. Арендт не стал скрывать от Пушкина его состояния. Поэт попрощался с женой и детьми, послал за священником… В 14:45 наступила cмepть. В момент кончины Пушкина в его доме были остановлены часы.

Поэт и царь

Трагедия усугублялась тем, что дуэли в то время были под запретом. В частности, К.А. Данзаса, который был секундантом Пушкина, могли арестовать за участие в дуэли. Поэтому, уже находясь на cмepтном одре, поэт через Арендта (по другим данным – через В.А. Жуковского) передал императору прошение о помиловании для Данзаса. Несмотря на то, что Николай I считал Пушкина «вождем вольнодумцев», его так растрогало предcмepтное послание поэта, что он ответил: «Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не беспокойся, я беру их на свои руки».
Царь сдержал свое обещание: в частности, распорядился выдать Наталье Николаевне и детям из казны единовременно 10 000 рублей, оплатить долги Пушкиных, назначить вдове и дочерям пенсион, а сыновей отдать в пажи, выделив каждому из них по 1500 рублей. Этим дело не ограничилось: монарх приказал издать за казенный счет собрание сочинений Пушкина, а весь доход от продажи отдать семье.
Правда, опять же по инициативе императора, похороны поэта были устроены более чем скромно. Отпевание состоялось в Конюшенной церкви в ночь с 31 января на 1 февраля. Присутствовали на нем лишь близкие, друзья Пушкина и члeны иностранных миссий. Панихида проходила под присмотром жандармов. Очевидно, Николай I опасался беспорядков.
Что же касается Геккерна и Дантеса, то им было велено в кратчайшие сроки покинуть Петербург, что они и сделали.

ДУЭЛИ ПУШКИНА

Удалось установить, что в жизни А. С. Пушкина было 29 состоявшихся и не состоявшихся дуэлей.

Читайте также:  Дмитрий иванов биография теннисист

Поэт был отменным стрелком, попадал с 20 шагов пуля в пулю. Но во время дуэлей он ни разу не пролил кровь противника и в многочисленных поединках не стрелял первым. Хорошо зная дуэльный кодекс, он, видимо, следовал высказанному им устами Моцарта принципу «Гений и злодейство – две вещи несовместные». Дуэли – это странная черта в Пушкине. Не злой по натуре человек, он вдруг, без видимых причин, начинал проявлять нелепую назойливую задиристость. Часто вел себя вызывающе. Были у прежней полиции такие особые списки, в которые включались люди, не совсем удобные для общественного спокойствия. В списках этих было и имя Александра Пушкина. И отнюдь не в вольнодумии и прочих высоких материях обвинялся он тут – был в этих списках на одном из почетных мест в качестве карточного понтера и дуэлянта. Можно, конечно, объяснить это бунтом его вольной натуры, обиженной на безысходную незадачливость судьбы. Но гадание по живой судьбе всегда вещь нeблагодарная – лучше тут восстановить обстоятельства этой судьбы и они, как это всегда бывает, скажут сами за себя.

История дуэлей Пушкина – тоже история его жизни. В них тоже предстает весь его хаpaктер, в котором все – поспешность, легкомыслие, трагическая случайность, сосредоточенная решимость, высокий порыв, отчаянный вызов…

«НЕ ХОЧУ БЫТЬ ШУТОМ НИЖЕ У ГОСПОДА БОГА»

22-летний корнет Кавалергардского полка, чужеземец, у которого было два имени и три отечества, Дантес ворвался в мирную, полную творческого труда жизнь Пушкина еще за два с половиной года до катастрофы. 

Француз по происхождению, Дантес приехал в Россию через несколько лет после июльской революции во Франции, свергнувшей династию Бурбонов, с определенной целью сделать карьеру. Здесь он стал приемным сыном голландского посланника в Петербурге барона Геккерена. Ему было оказано в Петербурге особое внимание. Император Николай I сам представил Дантеса офицерам полка. Взяв его за руку, он сказал: «Вот вам товарищ. Примите его в свою семью, любите… Этот юноша считает за большую честь для себя служить в Кавалергардском полку; он постарается заслужить вашу любовь и, я уверен, оправдает вашу дружбу».  К своим обязанностям по полку он относился небрежно и за недолгую службу свою был подвергнут сорока четырем взысканиям. Из письма А. Н. Карамзина брату: «Начинаю с того, что советую не протягивать ему руки с такою благородною доверенностью: теперь я знаю его, к несчастью, по собственному опыту. Дантес был пустым мальчишкой, когда приехал сюда, забавный тем, что отсутствие образования сочеталось в нем с природным умом, а в общем – совершеннейшим ничтожеством как в нравственном, так и в умственном отношении. Если бы он таким и оставался, он был бы добрым малым, и больше ничего; я бы не краснел, как краснею теперь, оттого, что был с ним в дружбе, – но его усыновил Геккерен по причинам, до сих пор еще не известным обществу. Геккерен, будучи умным человеком и утонченнейшим рaзвpaтником, какие только бывали под солнцем, без труда овладел умом и душой Дантеса, у которого первого было много меньше, нежели у Геккерена, а второй не было, может быть, и вовсе. Эти два человека, не знаю, с какими дьявольскими намерениями, стали преследовать госпожу Пушкину с таким упорством и настойчивостью, что, пользуясь недалекостью ума этой женщины и ужасной глупостью ее сестры Екатерины, в один год достигли того, что почти свели ее с ума и повредили ее репутации во всеобщем мнении».

Дантес обладал безукоризненно правильными, красивыми чертами лица, но ничего не выражающими, что называется, стеклянными глазами. Ростом он был выше среднего, к которому очень шла полу рыцарская, нарядная, кавалергардская форма. К прекрасной внешности следует прибавить неистощимый запас хвастовства, самодовольства, пустейшей болтовни… Дантесом увлекались женщины не особенно серьезные и разборчивые, готовые хохотать всякому вздору, излагаемому в модных салонах. 
Уже в 1834 году Дантес встретился с Пушкиным. Поэт иногда смеялся, слушая его каламбуры, но Дантес был ему противен своей развязной манерой, своим невоздержанным с дамами языком. Дантесу нравилась Наталья Николаевна. Он стал оказывать ей исключительное внимание, а ей, легкомысленной и кокетливой, льстило ухаживание блестящего кавалергарда. Это даже не вызывало ревности Пушкина. Он любил жену и безгранично доверял ей. Не приходится удивляться, что, при царивших тогда в свете нравах, Наталья Николаевна простодушно и бездумно рассказывала мужу о своих светских успехах, о том, что Дантес обожает ее.

Дантес между тем открыто ухаживал за женой Пушкина. Злорадные усмешки и перешептывания за спиной Пушкина усиливались. Он ни на минуту не подозревал жену, но положение его в обществе с каждым днем становилось все более трудным. 
В ухаживаниях Дантеса поддерживал его приемный отец – голландский посланник в Петербурге барон Геккерен. Это был сластолюбивый старик, всегда двусмысленно улыбавшийся, отпускавший шуточки, во все вмешивающийся. И одновременно контpaбандист, превративший дом голландского посольства в Петербурге в международный центр спекулятивной торговли антикварными вещами. Пушкин видел, как росло и крепло увлечение жены Дантесом, знал из ее доверенных и простодушных рассказов подробности их встреч на балах и вечерах, но, убежденный в ее чистоте, до времени лишь наблюдал и не принимал никаких решений. Равнодушным он конечно оставаться не мог. Но до удобного момента откладывал свое вмешательство. 
4 ноября 1836 года момент этот наступил. Группа светских бездельников занималась тогда рассылкой анонимных писем мужьям-рогоносцам – так шутливо называли мужей, чьи жены изменяли им. Пушкин получил по почте три экземпляра анонимного клеветнического письма, оскорбительного для чести его самого и жены. 
Такое же письмо получили в тот день в двойных конвертах, для передачи Пушкину, семь – восемь его друзей и знакомых. Текст всех этих писем был одинаков: «Кавалеры первой степени, комaндоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д. Н. Нарышкина, единогласно избрали г-на Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И. Борх». На другой день после получения письма, 5 ноября, Пушкин послал вызов Дантесу, считая его виновником нанесенной ему обиды. В тот же день к нему явился приемный отец Дантеса, барон Геккерен, с просьбой отсрочить дуэль на 24 часа, а на следующий день был у него снова и просил об отсрочке уже на две недели. Пушкин оставался непоколебимым, но, тронутый слезами и волнением Геккерена, согласился. Но через несколько дней выяснилось, что еще до вызова на дуэль Дантес намеревался жениться на сестре Натальи Гончаровой Екатерине Гончаровой. Это новое обстоятельство Дантес и Геккерен довели до сведения Пушкина, но он считал его невероятным. Всем было известно, что Екатерина Гончарова влюблена в Дантеса, но тот был увлечен ее сестрой, женой Пушкина.  Геккерен содействовал усилиям друзей Пушкина отстранить дуэль, но Пушкин увидел в этом трусливое стремление Дантеса вообще уклониться от поединка. Такой образ действий был ему противен, он афишировал низость Дантеса и ни на какие компромиссы не шел. 

Геккерен между тем стал настаивать на необходимости встречи Пушкина с Дантесом, чтобы выяснить, не расценивается ли желание Дантеса жениться на сестре жены Пушкина трусливой попыткой избежать дуэли. Пушкин, однако, от встречи с Дантесом отказался. Встретившись вечером 16 ноября у Карамзиных с Соллогубом, он попросил его завтра же зайти к д’Аршиаку, секунданту Дантеса, и условиться с ним относительно материальной стороны дуэли. 

– Чем кровавее, тем лучше. Ни на какие объяснения не соглашайтесь! – подчеркнул Пушкин Он говорил резко, был настроен решительно, и Соллогуб так объяснил впоследствии его поведение: «Он в лице Дантеса искал или cмepти, или расправы с целым светским обществом». Однако обстоятельства сложились так, что Пушкин вынужден был отказаться от дуэли. Но Дантес требовал, чтобы Пушкин письменно сообщил причины отказа, не касаясь при этом его намерения жениться на Екатерине Гончаровой. Пушкин написал письмо, удовлетворившее секунданта Дантеса, и вопрос о дуэли отпал. Дантес полагал, что после этого он будет иметь возможность бывать у Пушкина и встречаться с Натальей Николаевной. 

Напрасно, – запальчиво сказал Пушкин. – Никогда этого не будет. Никогда между домом Пушкина и домом Дантеса ничего общего быть не может. 

Встречаясь с Натальей Николаевной на балах и вечерах он по-прежнему оказывал ей исключительное внимание, и сама Наталья Николаевна вела себя легкомысленно. Раздражению и возмущению Пушкина не было предела. Поэт хотел публично оскорбить Дантеса на балу у Салтыкова, но Дантеса предупредили и он на бал не явился.

Как-то вечером Наталья Николаевна возвращалась из театра. Шедший позади Геккерен спросил ее, когда же она наконец оставит своего мужа. Наталья Николаевна тогда же рассказала об этом Пушкину, и тот решил действовать. 
Пушкин переписал набело подготовленный черновик письма и отправил его по назначению – барону Геккерену, в здание голландского посольства. В письме этом, по выражению Вяземского, Пушкин излил все свое бешенство, всю скорбь раздраженного, оскорбленного сердца своего. Дуэль становилась неизбежной.

Читайте также:  Михайлов стас и его жена фото

Поздно ночью к Пушкину явился д’Аршиак, секундант Дантеса, и передал ему письмо с вызовом на дуэль. Оно было подписано Геккереном, а внизу была приписка Дантеса: «Читано и одобрено мною». Пушкин принял вызов даже не прочитав письмо. 
Жуковский кратко обозначил в своем дневнике состояние Пушкина в день роковой дуэли, причем особенно подчеркнул его настроение: «Встав весело в 8 часов – после чаю много писал – часу до 11-го. С 11 обед – ходил по комнате необыкновенно весело, пел песни… « Веселое настроение Пушкина в день дуэли, конечно, не отражало внутреннего состояния готовившегося к дуэли поэта. Это было нервное возбуждение, безмерная усталость, стремление любым путем выйти из создавшегося положения и большая выдержка, позволявшая ему за несколько часов до дуэли работать над статьями для «Современника», писать ответные письма. Секунданты выработали и подписали условия дуэли. Один экземпляр остался у д’Аршиака для Дантеса, второй Данзас взял с собой для Пушкина.

Условия дуэли: 

1. Противники становятся на расстоянии двадцати шагов друг от друга и пяти шагов (для каждого) от барьеров, расстояние между которыми равняется десяти шагам. 
2. Вооруженные пистолетами противники, по данному знаку, идя один на другого, но ни в коем случае не переступая барьера, могут стрелять.
3. Сверх того принимается, что после выстрела противникам не дозволяется менять место, для того, чтобы выстреливший первым огню своего противника подвергся на том же самом расстоянии.
4. Когда обе стороны сделают по выстрелу, то в случае безрезультатности, поединок возобновляется как бы в первый раз…
5. Секунданты являются непременными посредниками во всяком объяснении между противниками на месте боя.
6. Секунданты, нижеподписавшиеся и обличенные всеми полномочиями, обеспечивают, каждый за свою сторону, своей честью строгое соблюдение изложенных здесь условий».

Помимо того, во избежание новых распрей, секунданты не должны были допускать никаких объяснений между противниками и одновременно не упускать возможности к их примирению.
Пушкин принял условия дуэли, даже не ознакомившись с ними. Выпив стакан лимонада, он вышел с Данзасом на улицу, оба сели в сани и отправились через Троицкий мост к месту дуэли, за Черной речкой, близ так называемой Комендантской дачи. На дворцовой набережной они встретили ехавшую в санях жену Пушкина, Наталью Николаевну. Встреча эта могла предотвратить дуэль, но жена Пушкина была близорука, а Пушкин смотрел в другую сторону.
Подъехали к Комендантской даче одновременно с Дантесом и д’Аршиаком. Пока выбирали площадку для дуэли, Пушкин сидел на сугробе и равнодушно смотрел на эти приготовления, но выражал нетерпение. Когда Данзас спросил его находит ли он удобным место дуэли, он ответил: «Мне это решительно все равно, только, пожалуйста, делайте все это поскорее…
Все было готово. Противники встали на свои места. Данзас махнул шляпой, и они начали сходиться. Пушкин сразу подошел вплотную к своему барьеру. Дантес выстрелил, не дойдя одного шага до барьера. Пушкин упал.
· «Я ранен», – сказал он. Пуля, раздробив кость верхней части правой ноги у соединения с тазом, глубоко ушла в живот и там остановилась, cмepтельно ранив. 
Секунданты бросились к Пушкину, но когда Дантес хотел подойти, он остановил его: – Подождите! Я чувствую достаточно сил, чтобы сделать свой выстрел… 
Дантес стал на свое место боком, прикрыв гpyдь правой рукой. На коленях, полулежа, опираясь на левую руку, Пушкин выстрелил. Пуля, не задев кости, пробила Дантесу руку и, по свидетельству современников, ударившись в пуговицу, отскочила. Видя, что Дантес упал, Пушкин спросил у д’Аршиака:
– Убил я его?
– Нет, – ответил тот, – вы его ранили в руку.
– Странно, – сказал Пушкин. – Я думал, что мне доставит удовольствие его убить, но я чувствую теперь, что нет.
Дантес хотел сказать несколько слов примирения, но Пушкин перебил его словами: – Впрочем все равно. Как только поправимся снова начнем… 

Пушкин испытывал жгучую боль, говорил отрывистыми фразами, его тошнило, обмороки довольно часто следовали один за другим. Карету трясло, когда его везли домой, приходилось не раз останавливаться. Ехавшему с ним Данзасу Пушкин сказал: – Кажется, это серьезно. Послушай меня: если Арендт найдет мою рану cмepтельной, ты мне это скажи. Меня не испугаешь. Я жить не хочу… Наконец подъехали к дому. Приехал известный в то время доктор Арендт, придворный врач.
– Скажите мне откровенно, – обратился к нему, медленно произнося слова, Пушкин, – каково мое положение.
– Я должен вам сказать, что рана ваша очень опасна, и на выздоровление ваше я почти не имею надежды. Пушкин кивком головы поблагодарил Арендта, просил только не говорить об этом жене. К заявлению врача о безнадежности своего положения отнесся с невозмутимым спокойствием. Просил врача и не подавать одновременно жене больших надежд. Можно ли было спасти Пушкина? На этот вопрос ответили известные советские хирурги. Через сто лет после cмepти поэта, в 1937 году, академик Н. Н. Бурденко сообщил Академии наук, что меры, принятые врачами Пушкина, были бесполезны, а в наши дни даже хирург средней руки вылечил бы его.

Набережная Мойки и все прилегающие к ней улицы вплоть до дворцовой площади были заполнены толпами народа. Чтобы поддерживать порядок на улицах пришлось вызвать воинский наряд. В передней какой – то старичок сказал с простодушным удивлением: «Господи, боже мой! Я помню, как умирал фельдмаршал, а этого не было! « Пульс стал падать и скоро совсем не ощущался. Руки начали холодеть. Минут за пять до cмepти Пушкин попросил поворотить его на правый бок и тихо сказал: Жизнь кончена!
– Да, кончено, – сказал Даль, – мы тебя поворотили… 
· Кончена жизнь!.. – произнес Пушкин внятно. – Теснит дыхание… 
Это были последние слова Пушкина. Часы показывали два часа сорок пять минут ночи. Дыхание прервалось.
– Что он? – тихо спросил Жуковский.
– Кончилось! – ответил Даль.
Прекрасная голова поэта склонилась. Руки опустились. Всех поразило величавое и торжественное выражение его лица. Доктор Андреевский закрыл ему глаза.

Энциклопедия людей и идей

ЗАПИСКА НИКОЛАЯ I

«Если Бог не велит нам уже свидеться на здешнем свете, посылаю тебе мое прощение и мой последний совет умереть христианином. О жене и детях не беспокойся, я беру их на свои руки».

М.Ю. ЛЕРМОНТОВ. СМЕРТЬ ПОЭТА

…Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — все молчи!..

Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет;
Он не доступен звону злата,
И мысли и дела он знает наперед.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей черной кровью
Поэта праведную кровь!

«НЕ МОГУ ОТЛУЧИТЬСЯ. ЖДУ ВАС ДО 5 ЧАСОВ»

Пушкин за несколько месяцев до cмepти своей лишился матери и сам провожал отсюда ее тело в Святогорский мо­настырь. Как бы предчувствуя близость кончины своей, он назначил подле могилы ее и себе место, сделавши за него вклад в монастырскую кассу. Другое странное и вместе тро­гательное обстоятельство рассказано в письме к одному из прежних издателей Современника осиротевшим отцом по­эта Сергеем Львовичем Пушкиным. Вот его слова: «Я бы желал, чтобы в заключении записок биографиче­ских о покойном Александре сказано было, что Александр Иванович Тургенев был единственным орудием помещения его в Лицей – и что через 25 лет он же проводил тело его на последнее жилище. Да узнает Россия, что она Тургеневу обязана любимым ею поэтом! Чувство непоколебимой бла­годарности побуждает меня просить вас об этом. Нет сомне­ния, что в Лицее, где он в товарищах встретил несколько соперников, соревнование способствовало к развитию ог­ромного его таланта». Последние минуты жизни Пушкина описаны увлека­тельно красноречивым пером Жуковского.

П.А. Плетнев. Статьи. Стихотворения. Письма

26 января 1837 г. В Петербурге. Не могу отлучиться. Жду Вас до 5 часов. На письме – помета А. И. Тургенева: «Последняя записка ко мне Пушкина накануне дуэля».

Полное собрание сочинений: В 10 т. Т. 10. Письма. Л.,1979 

СОЛНЦЕ РУССКОЙ ПОЭЗИИ ЗАКАТИЛОСЬ

«Солнце нашей поэзии закатилось! Пушкин скончался, скончался во цвете лет, в средине своего великого поприща!.. Более говорить о сем не имеем силы, да и не нужно: всякое русское сердце знает всю цену этой невозвратимой потери, и всякое русское сердце-будет растерзано. Пушкин! наш поэт! наша радость, наша наро?