Жена последнего императора россии

Александра Федоровна – жена Николая II и последняя русская императрица – является одной из самых загадочных фигур этой эпохи. Историки до сих пор спорят о различных моментах ее биографии: о связи с Распутиным, о влиянии на мужа, об ее “вкладе” в революцию, об ее личности вообще. Сегодня мы попытаемся разгадать самые известные тайны, связанные с Александрой Федоровной.

Издержки воспитания

Почти все ее современники отзывались об императрице как о скрытной, надменной и властной женщине. Кто-то даже сказал, что она держится так, будто аршин проглотила. Причем такие хаpaктеристики начали встречаться почти сразу после ее появления при русском дворе. Откуда же взялись такие нелицеприятные эпитеты в адрес императрицы Александры? Нужно обратиться к ее детству.

Она родилась в семье гессенского герцога Людвига и его жены Алисы, которая была дочерью английской королевы Виктории. Поначалу она росла очень веселой и активной дeвoчкой, за что ее прозвали Солнышком. Но вскоре началась череда бед, которые очень сильно повлияли на хаpaктер Аликс. Когда ей было пять лет, ее брат Фредерик умер от гемофилии, которая ему передалась от матери. Через год от дифтерии умерли ее сестра Мария и сама мать, Алиса Английская. Аликс вместе с другими детьми забрала к себе королева Виктория. С этого момента Солнышко потускнело: Аликс стала задумчивой, стеснительной и нелюдимой. Сказалось еще и британское воспитание, известное своей легкой надменностью и чопopностью.

Когда Аликс приехала в Россию, она ужасно стеснялась нового общества, в котором у нее еще не было знакомых, и того, что ничего не знала об этой далекой стране и была вынуждена оперативно изучать язык и религию русских. Ее застенчивость и издержки английского воспитания всем казались надменностью и высокомерием. Из-за своей стеснительности она так и не смогла наладить отношения ни со свекровью, ни придворными дамами. Единственными подругами в ее жизни были черногорские принцессы Милица и Стана – жены великих князей, а еще фрейлина Анна Вырубова.

Вопрос власти

О властном хаpaктере Аликс ходили легенды. До сих пор бытует распространенное мнение, что она держала “под каблуком” императора Всероссийского. Однако это не совсем правда. То, что она унаследовала от своей бабки, королевы Виктории, твердый и властный хаpaктер, является неоспоримым фактом. Однако мягким хаpaктером Николая ей пользоваться не удавалось, потому что она попросту этого не хотела и любила своего мужа, стараясь поддерживать его во всем. В их переписке часто встречаются советы императрицы мужу, но, как известно, далеко не все из них царь выполнял. Вот эту-то поддержку зачастую и воспринимают как “власть” Александры над Николаем.

Однако то, что она участвовала в обсуждении законов и принятии решений, является правдой. Это началось в дни Первой русской революции, когда Николаю необходимы были советы и поддержка. Обсуждал ли император с женой указы и распоряжения? Конечно, это бесспopно. А в дни Первой мировой войны царь фактически отдал управление страной в руки своей жены. Почему? Потому что он любил Александру и безгранично ей доверял. А кому же, как ни самому доверенному человеку в жизни, отдать административные дела, которые император терпеть не мог и от которых сбежал в Ставку? Они старались вдвоем принимать ключевые решения в жизни страны потому, что самодержцу Николаю было сложно это делать ввиду нехватки хаpaктера, а Александра хотела максимально облегчить тяжелую ношу императора.

Связи с “провидцами”

Александре Федоровне в вину ставят и ее контакты с “Божьими людьми” и провидцами, прежде всего, с Григорием Распутиным. Интересно, что до сибирского старца у императрицы была уже целая коллекция разных целителей и предсказателей. Например, она привечала юродивого Митьку и некую Дарью Осиповну, а самым известным до Григория Распутина “целителем” является доктор Филипп из Франции. Причем все это продолжалось от начала века до 1917 года. Почему же эти инциденты случались?

Во-первых, потому, что это было особенностью ее хаpaктера. Александра Федоровна была верующим человеком и православие приняла очень глубоко, но ее вера имела экзальтированные черты, которые выражались в ее любви к мистике, что, кстати, было популярно в то время. Во-вторых, этот живой интерес в ней подогревали ее подруги Милица и Стана. Ведь это они приводили ко двору “чудотворцев”, в том числе и Григория. Но, пожалуй, самой главной причиной такого интереса была ее одержимость двумя проблемами: первая – рождение наследника, которое все никак не могло состояться. Именно поэтому она поверила шарлатану Филиппу, который пообещал императрице “наколдовать” скорое рождение наследника. Из-за его гаданий и предсказаний у нее случилась ложная беременность, которая сильно сказалась на отношении к Александре двора. А вторая – трагическая болезнь наследника Алексея: гемофилия. Она не могла не чувствовать себя виновной в том, что ее любимый сын заболел этой болезнью. И императрица, как любая любящая мать, пыталась всеми средствами облегчить участь своего ребенка. Правда, для этого использовала не помощь докторов, которые ничего не могли поделать с состоянием Алексея, а услуги Распутина, которому удавалось лечить наследника.

Читайте также:  Анна михайловская инстаграм anna mihailovskaya

Все это впоследствии и повлияло на то, что она стала безмерно доверять “старцу” Григорию и приучила к этому своих детей и мужа. Она не могла не верить тому, кто лечил не только ее сына, но и ее саму от головных болей, которые ее мучили. А Распутин, бывший умным русским крестьянином, не мог этим не пользоваться. А им уже, в свою очередь, пользовались хитроумные чиновники, министры и генералы, просившие назначить их повыше или поближе ко двору.

Почему ее не любили?

Императрицу Александру Федоровну многие не любили, в том числе и мать Николая Мария Федоровна. У каждого на то были свои причины, но к концу царствования императора вся ненависть двора и общества возымела только одну причину: она ведет Ники и империю к гибели. Распространялись слухи о ее связях с Распутиным, которых никогда не было, о ее шпионаже в пользу Германии, что тоже было ложью, о ее влиянии на царя, которое не было таким, каким его “раздули”. Но все эти слухи и сплетни очень сильно ударяли по престижу власти. А еще императрица и император сами способствовали этому, изолировав себя от общества и романовской семьи.

Вот что говорили и писали об Александре Федоровне ее родственники и приближенные:

• “Вся Россия знает, что покойный Распутин и императрица Александра Фёдоровна – одно и то же. Первый убит, теперь должна исчезнуть и другая” (вел. кн. Николай Михайлович).
• “Отчуждению царицы от петербургского общества значительно содействовала внешняя холодность её обращения и отсутствие у неё внешней приветливости. Происходила эта холодность, по-видимому, преимущественно от присущей Александре Фёдоровне необыкновенной застенчивости и испытываемого ею смущения при общении с незнакомыми людьми. Смущение это препятствовало установлению ею простых, непринуждённых отношений с лицами, ей представлявшимися, в том числе с так называемыми городскими дамами, а те разносили по городу анекдоты про её холодность и неприступность” (сенатор В.И. Гурко).
• “…великая княгиня Елизавета Федоровна (сестра императрицы Александры), также почти не бывая в Царском, приехала переговорить с сестрой. После того ожидали мы ее у себя. Сидели как на иголках, гадали, чем кончится. Пришла она к нам дрожащая, в слезах. “Сестра выгнала меня, как собаку! – воскликнула она. – Бедный Ники, бедная Россия!”” (князь Ф.Ф. Юсупов).
• “Мнения могут расходиться насчёт роли, сыгранной Императрицей во время царствования, но я должна сказать, что в ней Наследник нашёл себе жену, целиком воспринявшую русскую веру, принципы и устои царской власти, женщину больших душевных качеств и долга” (балерина М.Ф. Кшесинская).

Какой она была?

Императрица Александра открывала себя только самым приближенным и семье. Она была очень необычным человеком со сложным хаpaктером. Ей были присущи доброта и скрытность, стеснительность и холодность в отношениях с некоторыми приближенными, экзальтированная религиозность, милосердие, безмерная любовь к сыну, мужу и дочерям, преданность, нервность, активность и строгость. Александра Федоровна была непростой женщиной, подступиться и найти поход к которой смог только император Николай II.

Вот такой она была, последняя русская императрица. Еще много нужно времени, чтобы понять ход ее мыслей, слов и действий. Она была самым обычным человеком, облаченным в царские регалии и одежды. Но трудность ее положения была в том, что Александра Федоровна жила в России и была женой императора, поэтому ее хаpaктер, привычки и особенности очень сильно отразились на будущем Российской империи. Но вот в развале страны ее одну винить точно нельзя…

Источник

6 июня 1872 г. в семье Великого герцога Гессенского и Рейнского родилась четвёртая дочь. Её назвали Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадская. Бабка, английская королева, называла её Sunny — Солнышко. Домашние — Аликс. В России, где ей суждено было стать последней императрицей, при крещении в православную веру получила имя Александры Фёдоровны. За глаза же — прозвище «Гессенская муха».

Восприятие правителей в народе, или, как принято выражаться в научной среде, репрезентация власти — важный момент в осознании некоторых исторических периодов. Особенно это касается великих потрясений вроде революций или эпохи реформ. Только что власть была исключительно от Бога и сомнений относительно своей легитимности у народа не вызывала. Но вот что-то происходит, и люди тут же начинают производить байки и легенды относительно своих лидеров. Пётр Великий становится не только царём-плотником, но и Антихристом, а Иван Грозный превращается в «Ивашку, царька кровавого». Того же прозвища удостаивается и последний русский император Николай II. С его женой, Александрой Фёдоровной произошло нечто похожее. С одной только разницей. Если на Николая поначалу ещё возлагали какие-то надежды, то императрицу у нас невзлюбили сразу и целиком.

Читайте также:  У нетребко сын аутист

Глас народа

После того, как семью последнего Романова канонизировали, память о том, как именно воспринимал народ Александру Фёдоровну, пытаются затушевать сусальными воспоминаниями. Например, такими: «Императрица организовала 4 больших базара в пользу туберкулезных в 1911, 1912, 1913 и 1914 гг.; они принесли массу денег. Она сама работала, рисовала и вышивала для базара и, несмотря на свое некрепкое здоровье, весь день стояла у киоска, окруженная огромной толпой народа. Маленький Алексей Николаевич стоял возле неё на прилавке, протягивая ручки с вещами восторженной толпе. Восторгу населения не было предела». Однако буквально через несколько строк автор этих воспоминаний, фрейлина и ближайшая подруга императрицы Анна Вырубова, делает показательную оговорку: «Народ, в то время не тронутый революционной пропагандой, обожал Их Величества, и это никогда нельзя забыть».

Княжна Вера Гедройц (справа) и императрица Александра Фёдоровна в перевязочной Царскосельского госпиталя. 1915 г. Источник: Public Domain

Интересное дело. В 1911 г. народ, по мнению двора, оказывается, полон восторга по отношению к своей царице. Слепота поразительная. Потому что сам народ, прошедший и позор Русско-японской войны, и Революцию 1905-1907 гг., имеет совершенно иное мнение. Вот фрагмент одного уральского сказа: «Царица после девятьсот пятого году камень с краснинкой видеть не могла. То ли ей тут красные флаги мерещились, то ли чем другим память бередило, а только с пятого году к царице с красным камнем и не подходи — во всю голову завизжит, все русские слова потеряет и по-немецки заругается».

Никаким восторгом здесь и не пахнет. Скорее уж сарказм. И подобное отношение к своей персоне Александра Фёдоровна должна была наблюдать буквально с первого дня. Более того — она сама, вольно или невольно, давала к этому повод. Вот что об этом говорит та же Анна Вырубова: «Когда Александра Федоровна только что прибыла в Россию, она написала графине Ранцау, фрейлине своей сестры, принцессы Ирен: «Моего мужа отовсюду окружают лицемерие и лживость. Чувствую, что здесь нет никого, кто мог бы быть его действительной опорой. Немногие любят его и свое Отечество».

Почему-то это рассматривают как исключительно высокодуховное послание, полное скорби и печали. На самом деле оно полно заносчивости и самомнения. Едва прибыв в чужую для себя страну и ещё не выучив языка, супруга государя тут же начинает оскорбллять своих подданных. Согласно её авторитетному мнению, русские не любят свою Родину и вообще все — потенциальные предатели.

Венчание Николая II и Александры Федоровной. Фото: Commons.wikimedia.org

Изнанка «обожания»

Слово — не воробей, и шила в мешке не утаишь. То, что было достоянием высших сфер, уже спустя пару дней через слуг, истопников и кучеров становится достоянием широкой общественности. И немудрено, что после такого искромётного выступления новой царицы полиция начинает регистрировать всё больше и больше дел, проходящих как «оскорбление величества».

Александре Фёдоровне припоминалось всё. Даже то, в чём она не была виновата. Так, бpaкосочетание Николая и Александры, да и весь их медовый месяц, совпали с трауром по только что умершему отцу Николая — императору Александру III. Вывод в народе был сделан моментальный. И отчасти пророческий: «Немка эта, почитай, на гробу к нам въехала, принесёт несчастье».

Впоследствии осмеянию подвергалось всё, что исходит от Александры Фёдоровны. Все её начинания — временами действительно благие и нужные — становились целью издевательств. Порой — в крайне циничной форме. Любопытно, что самого царя при этом не затрагивали и даже жалели. Вот фрагмент протокола одного из дел об «оскорблении величества»: «Василий Л., мещанин казанский 31 году от роду, указывая на портрет царской семьи, говорил: «Это — первая б… И дочери её б… И все ходят к ним… А государя нашего жаль — они, б… немецкие, его обманывают, потому сын не его, а подменный!»

Списать эту «красоту» на происки масонов или большевиков не получится. Хотя бы по той причине, что 80% обвинительных приговоров по таким вот делам вынесены крестьянам, агитацию среди которых те же большевики начнут ещё очень нескоро — когда крестьяне попадут под призыв и станут солдатами.

Впрочем, и тогда агитировать конкретно против императрицы никакой нужды не было. С самого начала войны её и без того объявили немецкой шпионкой и изменницей. Это народное мнение было настолько распространённым, что достигло ушей, которые для него и вовсе не были предназначены. Вот что пишет вице-консул Великобритании в Москве Брюс Локхарт: «Ходит несколько хороших историй, касающихся германофильских тенденций императрицы. Вот одна из лучших. Царевич плачет. Няня говорит: «Малыш, отчего ты плачешь?» — «Ну, когда бьют наших, плачет папа, когда немцев — мама, а мне когда плакать?»

Именно в годы войны среди прочих прозвищ Александры Фёдоровны появляется и «Гессенская муха». Такое насекомое действительно есть — это серьёзный вредитель, нападающий на рожь и пшеницу, способный убить урожай чуть ли не целиком. Если учесть, что Февральская Революция началась как раз с дефицита хлеба, поневоле задумаешься о том, что иногда глас народа — действительно глас Божий.

Немецкая принцесса, канонизированная Русской Православной Церковью, жена последнего русского монарха Николая Второго, императрица Александра Федоровна связала свою жизнь с Россией и много для неё сделала.

Санни

Алиса Гессен-Дармштадтская родилась в 1872 году в Дармштадте – столице маленького немецкого государства, герцогства Гессенского. Мать Алисы  умерла в тридцать пять лет от дифтерии  и  шестилетнюю Аликс,  младшую в большой семье, забрала на воспитание бабушка – знаменитая английская королева Виктория. За светлый хаpaктер английский двор прозвал белокурую дeвoчку Санни. Интересно, что через много лет Александра Фёдоровна будет так звать своего единственного сына, царевича Алексея. Против бpaка Алисы и Николая была как Виктория, так и Мария Фёдоровна, мать Николая, но будущий царь, отличавшийся мягким хаpaктером, в деле своего сердечного выбора проявил твёрдость.

Читайте также:  Анна и ирина старшенбаум родственники

14 ноября 1894 года – день долгожданной свадьбы. В свадебную ночь Аликс записала в дневнике Николая: «Когда эта жизнь закончится, мы встретимся вновь в другом мире и останемся вместе навечно…». Бpaкосочетание состоялось менее, чем через неделю после похорон Александра III. Медовый месяц протекал в атмосфере панихид и траурных визитов. История семьи последнего русского царя, казалось, была предрешена с  самого начала.

Страшный диагноз

Семья увеличивалась с перерывом в два года. У царской семьи родились четыре дочери: Ольга,  Татьяна, Мария и Анастасия. Александра Фёдоровна  остро переживала отсутствие наследника. На нервной почве у неё развился патологический мистицизм. Ко двору был приглашен французский шарлатан Филипп, который  сумел убедить царицу в том, что он способен силой внушения обеспечить мужское потомство.  У Александры даже проявилась «ложная беременность».

Лишь через несколько месяцев царица согласилась на медицинское обследование, доказавшее ложность симптомов. Филипп был разоблачен агентами царской полиции во Франции, установивших нeблагонадежность «советчика», который к тому времени уже влиял не только на впечатлительную Александру, но и на принятие государственных решений.  Рождение наследника Алексея не принесло успокоения.  Кровь из пуповины текла три дня. Александра Федоровна услышала страшное слово: гемофилия. При заболевании оболочка артерий так тонка, что любая травма может вызвать разрыв сосудов. От последствий гемофилии умер трехлетний брат Александры Федоровны.

“Белая роза”, “Вербена” и “Аткинсон”

Своей внешности императрица, как и всякая женщина «с положением и возможностями», уделяла большое внимание. При этом имелись и нюансы. Так, императрица пpaктически не использовала косметику и не завивала волосы. Только накануне больших дворцовых выходов парикмахер с ее позволения использовал завивочные щипцы. Императрица не делала маникюр, «поскольку Его Величество терпеть не мог наманикюренные ногти». Из духов императрица предпочитала «Белую розу» парфюмерной фирмы «Аткинсон». Они, по ее словам, прозрачны, без всякой примеси и бесконечно ароматны. В качестве туалетной воды она использовала «Вербену».

Сестра милосердия

Александра Федоровна в годы Первой мировой войны занялась деятельностью, просто немыслимой для человека ее звания и положения. Она не только патронировала санитарные отряды, учреждала и опекала лазареты, в том числе и в царскосельских дворцах, но вместе со своими старшими дочерьми окончила фельдшерские курсы и стала работать медсестрой. Императрица обмывала раны, делала перевязки, ассистировала при операциях. Занималась она этим не для рекламы собственной персоны (чем отличались многие представительницы высшего общества), а по зову сердца. «Лазаретная служба» не вызывала понимания в аристократических салонах, где считали, что это «умаляет престиж высшей власти».

Слухи

Несмотря на искренние старания императрицы в деле милосердия, в народе ходили слухи о том, что Александра Федоровна отстаивала интересы Германии. По личному приказу государя было проведено секретное расследование «клеветнических слухов о cнoшeниях императрицы с немцами и даже о ее предательстве Родины». Установлено, что слухи о желании сепаратного мира с немцами, передаче императрицей немцам русских военных планов распространялись германским генеральным штабом. После отречения государя Чрезвычайная следственная комиссия при Временном правительстве пыталась и не смогла установить виновность Николая II и Александры Федоровны в каких-либо преступлениях.

Вера

По свидетельству современников, императрица была глубоко религиозна. Церковь являлась для нее главным утешением, особенно в то время, когда обострялась болезнь наследника. Императрица выстаивала полные службы в придворных храмах, где ею был введен монастырский (более длительный) богослужебный устав. Комната Александры во дворце представляла собой соединение спальни императрицы с кельей монахини. Огромная стена, прилегавшая к постели, была сплошь увешана образами и крестами.

Последняя воля

Сегодня достоверно известно, что царская семья могла быть спасена дипломатическими усилиями европейских стран. Николай II был лаконичен в своей оценке возможной эмиграции: «В такое тяжелое время ни один русский не должен покидать Россию», настроения Александры Фёдоровны были не менее критичными: «Я предпочитаю умереть в России, чем быть спасённой немцами». В 1981 году Александра Федоровна и все члeны царской семьи были канонизированы Русской Православной Церковью за Рубежом, в августе 2000 года  — Русской Православной Церковью.