Генерал черняев биография личная жизнь

Генерал Михаил Григорьевич Черняев оставил заметный след в истории Средней Азии. Я уже вскользь упоминал о нем, когда рассказывал о Чокане Валиханове. Сейчас же я хочу более подробно рассказать о человеке, который участвовал в присоединении Туркестанского края к Российской империи.

Родился будущий генерал 22 октября (3 ноября) 1828 г. в городе Бендеры (ныне – Приднестровье) в небогатой дворянской семье. С двух лет жил и воспитывался в имении отца Тубышки Могилевской губернии (ныне – Могилевская область Беларуси). Отец, Григорий Никитич Черняев, участник Отечественной войны 1812 года, заприметил будущую мать Миши во время пребывания во Франции и привез на родину. Кстати, по-русски толком женщина говорить так и не научилась, зато благодаря ей все дети в семье без проблем говорили по-французски.

В 12 лет, после окончания Могилевской гимназии, родители отдают Мишу учиться в Дворянский полк (позже это учебное заведение получит название Константиновского кадетского корпуса). В 1847 г. после его окончания юный офицер Михаил Черняев поступает на службу в Павловский лейб-гвардейский полк. Но на этом его учеба не заканчивается: вскорости он проходит курс в Академии Генерального Штаба, после чего получает назначение в действующую армию.

Михаил попал в Дунайскую армию и уже в 1849 г. участвовал в Венгерском походе. Через 5 лет, осенью 1854 г., Черняеву довелось повоевать на фронтах крымской войны. Михаил Григорьевич оказался брошен в самое пекло Инкерманской битвы, во время которой отличился военным талантом, храбростью и решительностью. За это сражение он был награжден орденом Святого Владимира IV степени. Во время обороны Севастополя молодой офицер постоянно находился на Малаховом кургане под комaндованием генерала Хрулева, а после того, как тот был ранен, — адмирала Нахимова, где выполнял самые опасные поручения. Восемь месяцев этой осады, «настоящего ада», как ее называл сам Михаил Григорьевич, не прошли для него бесследно. Он получил золотую саблю, чин подполковника и серьезную контузию. При оставлении города по приказу начальства Черняев находился в арьергарде и прикрывал отступление русских войск в ходе переправы через Северную бухту. Михаил Григорьевич был одним из последних покинувших Севастополь офицеров после того, как понтонные мосты были уже разведены.

После Крымской войны Черняев получает назначение сначала в штаб 3-й пехотной дивизии, затем поступает в распоряжение оренбургского генерал-губернатора Александра Катенина.

В 1858 г. Черняев принял участие в походе на кораблях Аральской флотилии под комaндованием капитана второго ранга Бутакова к городку Кунграду, где население восстало против хивинского хана. Во главе маленького отряда Михаил Григорьевич прикрывал отступление военной экспедиции, забравшейся уже слишком далеко по течению Сырдарьи вглубь Средней Азии. Во время похода Черняев делал все, чтобы облегчить тяготы солдат. Так, по его приказу бойцы ничего на себе не несли, кроме ружей и патронов. Все остальное имущество грузилось на верблюдов. Таким образом, солдаты уставали значительно меньше. Также во время остановок часовые допускали к воде солдат, разгоряченных маршем, только после часового отдыха. Во-первых, такая мера предосторожности позволяла проверить источник, а во-вторых, сдерживала от злоупотрeбления, чреватого как частыми походами по малой нужде, так и вполне серьезной рвотой.

Кроме того, Михаилом Григорьевичем в обиход солдат был введен головной убор, защищавший затылок и шею от палящего солнца. Благодаря подобным «мелочам» в отряде Черняева никогда не было ни больных, ни отсталых.

В этот раз Черняев задержался в Средней Азии на два года. За это время он со всей скрупулезностью составлял карты, изучал быт, нравы и психологию местного населения, постепенно становясь специалистом по среднеазиатскому региону.

В 1859 г. Михаил Григорьевич был послан на Кавказ в распоряжение графа Н.И. Евдокимова, затем вновь вернулся в Оренбургский край, где служил в должности начальника штаба при генерале А.П. Безаке, из-за сильных разногласий с которым в 1864 г. отправился в Санкт-Петербург. Там на Черняева взвалили новое ответственное поручение, связанное с укреплением двух степных линий обороны – Оренбургской и Сибирской. Тут стоит сделать небольшое отступление. Степные оборонительные линии представляли собой систему крепостей, предназначенную для решения сразу двух задач. Во-первых, обеспечивалась защита границ от набегов конницы кочевников; во-вторых – земли, “огороженные” линиями, постепенно заселялись крестьянами из других регионов империи.

Для укрепления Оренбургского и Сибирского оборонительных рубежей предстояло захватить несколько населенных пунктов Кокандского ханства между ними. Высочайшим повелением Михаил Григорьевич был назначен начальником Особого Западносибирского отряда (ОЗСО).

Надо сказать, что порученную ему операцию Черняев начал выполнять с очень ограниченными ресурсами. Тем не менее, в июле 1864 г. его отряд сумел взять сначала крепость Аулие-Ата (ныне Тараз)*, а затем и крепость Чимкент (Шымкент), кстати, считавшуюся неприступной. За эти успехи талантливый полководец был награжден орденом святого Ге opгия III степени, а также произведен в генерал-майоры.

Взятие Чимкента открывало широкие перспективы по продвижению вглубь территории Кокандского ханства. Но не все складывалось удачно. Первая попытка Черняева взять крепость Ташкент в сентябре 1864 г. успехом не увенчалась. Однако в апреле 1865 г. армия Михаила Григорьевича вновь осадила Ташкент и уже 9 мая этого года русские войска разбили 40-тысячную армию кокандцев под комaндованием муллы Алимкула. А еще через месяц – в ночь с 14 на 15 июня – начался решающий штурм крепости. Через 2 дня город пал.

Тогда-то генерал Черняев и получил прозвище «Ташкентский лев». Однако несмотря на ратные заслуги, военное министерство было им недовольно, поскольку Михаил Григорьевич неоднократно саботировал выполнение приказов. К тому же его успехи в Туркестанском краю имели большой резонанс: в Англии всерьез опасались, что русские войска сразу же двинутся в Индию, МИД Российской Империи регулярно получал ноты протеста из Лондона, что дипломатов не радовало, а Черняев стал героем российской и мировой прессы. Журналисты окрестили его «Ермаком XIX века».

Благодаря мужеству и знаниям о менталитете местного населения, Черняев довольно быстро завоевал авторитет среди аборигенов. Участник среднеазиатских походов полковник Д.Н. Логофет пишет о нем так: «М.Г. Черняев пользовался особой любовью своих войск, гордившихся начальником и постепенно приурочивших к участникам его походов славное название черняевцев, к которым причислялись люди испытанной храбрости, опытные в среднеазиатских войнах и знакомые с пустынями и степными походами». Несмотря на это, в июле 1866 г. Михаил Григорьевич был отозван и отправлен в отставку, а на его место назначен генерал Романовский.

В 1873 г. Черняев приобрел издававшийся в Петербурге консервативный печатный орган «Русский Мир» и серьезно занялся газетным делом. Отставному генералу была мало интересна внутренняя ситуация в стране, но при этом он был в обиде на бюрократический аппарат, выкинувший его в отставку. Наверное, поэтому Михаил Григорьевич сочувствовал и разделял мировоззрение московского кружка патриотов-славянофилов во главе с Иваном Аксаковым, выступавшим против «иноземщины» и бюрократизма.

Читайте также:  Никита зверев биография личная жизнь 2016 год

В 1875 г. судьба Черняева вновь делает резкий поворот. Весной этого года в Герцеговине вспыхнуло восстание против турецкого владычества. Михаил Григорьевич уезжает на Балканы и после переговоров с сербским правительством возглавляет армию Сербии. Его отъезд, которому, кстати, сильно пытались помешать, сильно всколыхнул российское общество и поспобсобствовал тому, что в балканском конфликте воевало немало русских добровольцев.

Война кончилась неудачей для сербов. Спас ее от полного разгрома российским император Александр II, выдвинувший туркам ультиматум: или Османская Империя течение 48 часов заключает мирный договор с Сербией и Черногорией, или ее границы переходит 200-тысячная русская армия, дислоцировавшаяся в Бессарабии. Турки войны с Россией не захотели, и мирный договор был подписан. Правда, это сильно осложнило и без того натянутые отношения между двумя империями и всего через полгода русско-турецкая война все же случилась (1877–1878). К слову, по ее итогам Балканы были освобождены от турок: была восстановлена государственность Болгарии, приросли территориями Сербия, Черногория и Румыния, а Босния и Герцеговина были оккупированы Австрией.

После мирного договора между сербами и османами Михаил Григорьевич едет в Прагу, откуда сразу же был выдворен в Петербург. Когда началась русско-турецкая война, прославленный генерал записался в действующую армию, но не был допущен к ведению боевых действий .

В 1882 г. Черняев вновь возвращается в Туркестанский край в качестве генерал-губернатора. На этот раз крайне неудачно. Так, один из его приближенных, Всеволод Крестовский, фактически уничтожил общественную библиотеку в Ташкенте, собранную при генерале Кауфмане. Свои деяния Крестовский мотивировал желанием очистить ее от «зловредных либеральных книг». Такие выходки подчиненных Черняева сильно не понравились местным чиновникам (оно и понятно). Дальше больше: генерал сосредоточил в своих руках высшую апелляционную и кассационную инстанцию по всем судебным делам края, что тоже вызвало неоднозначную реакцию. В итоге, Михаил Григорьевич ушел со своего поста.

С 1884 г. он состоял члeном военного совета, в 1886 г. вышел в отставку из-за полемики против проектов военного министра. В 1890 г. стал опять члeном военного совета. Скончался Михаил Григорьевич 4 августа в 1898 г. в своем родовом имении Тубышки.

Помимо того, что Черняев был человеком мужественным и храбрым, он был очень умным и начитанным. Весьма активно изучал историю Руси, штудировал кучу материалов, посвященных всему, включая верования и устное творчество. Он считал, что без знания прошлого народа, трудно представить его будущее. С этим трудно не согласиться… Таким – умным, эрудированным прямым и строптивым военным деятелем и исследователем – М.Г. Черняев и вошел в историю…

P.S. В нашем областном краеведческом музее – лишь одна фотография М.Г. Черняева. А жаль…

Генерал Черняев. Ташкентский Лев

*-почему Нынешний Тараз ранее назывался Аулие-ата, читайте здесь

Древний дворянский род Черняевых вел свое начало из вечевого Новгорода. В середине ХVII в. его представители встречаются при дворе московского царя. В царствование Екате- рины II после присоединения белорусских земель к Российской империи Никита Исаевич Черняев, дед М. Г. Черняева, переселился в Беларусь, в Могилевскую губернию, где приоб — рел две деревни: Рачча и Тубышки. Он был начальником таможни в г. Толочине. Его земной путь завершился на погосте д. Тубышки. Сыновья Н. И. Черняева (Александр, Ипполит, Василий, Петр, Григорий) готовились к военной службе. Они окончили шляхетский кадет — ский корпус в Шклове, участвовали в различных военных действиях. Григорий, будущий отец Михаила Григорьевича, тоже поступил в кадетский корпус в Шклове, но оканчивал его уже в Гродно, куда военное учебное заведение перевели в 1799 г. Он участвовал в сражениях,

что вели войска антифранцузской коалиции в 1805 г., в российско-турецкой войне 1806—

1812 гг., войне против вторгшейся в пределы России Великой армии Наполеона (1812 г.), заграничном походе российской армии 1813—1814 гг. В течение двух месяцев Г. Н. Черняев занимал должность военного губернатора г. Люневиля в Лотарингии. Там он женился на

18-летней француженке, дочери бывшего мэра этого города. У них родилось 18 детей, из которых 9 достигли преклонного возраста, а остальные умерли в младенчестве 1.

C 1820 г. отец М. Г. Черняева, уйдя в отставку, некоторое время жил в д. Тубышки, а с

1824 г. служил в Измаиле и Бендерах. В Бендерах родился сын Михаил, слабенький и болез — ненный мальчик. В дореволюционных и советских энциклопедиях годом рождения Михаила Григорьевича считается 1828 г. Однако его дочь в своих мемуарах приводит текст свидетель — ства о рождении отца, из которого следует, что тот родился в 1827 г.2

После очередной отставки с военной службы Г. Н. Черняев поселился со своей семьей в

Тубышках. Там он построил небольшой каменный православный храм Святителя Николая. До 1861 г. в собственности помещика Г. Н. Черняева в имении было более 200 душ крестьян и

1500 десятин земли. Его девятилетний сын Михаил проводил время в тесном общении с отцом: ходил с ним на охоту, катался на плоту по реке, ездил верхом и пр. Одновременно он проявил большой интерес к книгам, особенно историческим. Мать Михаила Григорьевича до конца своей жизни так и не научилась хорошо говорить по-русски, хотя в ее внешнем виде и поведении абсолютно проявлялись хаpaктерные черты русской помещицы. Благодаря ей дети свободно объяснялись на французском языке.

В 1835 г. Г. Н. Черняев снова поступил на службу сначала в Измаил, затем был переведен в Киев. В Киеве Михаил поступил в гимназию, а затем до третьего класса учился в Могиле — ве — в связи с очередным уходом в отставку отца, вернувшегося в Тубышки. Затем юношу отец отправил в Петербург для обучения и воспитания в Дворянском полку. Там Михаил отличался успехами в учебе, хотя был достаточно слабым и болезненным ребенком. Но бла- годаря жесткой системе закаливания и физических упражнений он значительно окреп и в последующем отличался выносливостью и здоровьем 3.

Через год после отъезда сына Михаила в Петербург Г. Н. Черняев навсегда покинул

д. Тубышки. Он часто менял места службы из-за вспыльчивого нрава. Лишь в 1841 г., приняв место начальника порта и города Бердянска, он находился на этой должности 15 лет и отли — чился во время Крымской войны успешной организацией защиты порта Бердянска.

Михаил Григорьевич после воспитания в Дворянском полку окончил курс в Академии

Читайте также:  Актриса зайцева любовь биография личная жизнь

Генерального штаба и в июне 1853 г. был причислен к Генеральному штабу в чине штабс- капитана, а в августе послан в действующую против Турции армию в Придунайских княже — ствах. Там он участвовал в сражениях, приобрел первый воинский опыт. После этого молодо — го офицера перевели в Крым, где он участвовал в операциях Севастопольского гарнизона, в Инкерманском сражении. В Севастополе М. Г. Черняев находился при генерале С. А. Хрулё — ве, действуя восемь месяцев на Малаховом кургане, где получил легкую контузию. За отли — чие, храбрость и мужество он был награжден и произведен в подполковники 4.

После войны его назначили начальником штаба 3-й пехотной дивизии в царство Польское,

но штабная деятельность не пришлась Михаилу Григорьевичу по вкусу. По прошению он был

1 Черняева А. М. Летопись семьи Черняевых // Русский архив. 1909. Кн. 1. № 2. С. 175—185.

2 Энциклопедический словарь / издатели Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Т. 76. С. 694; Энциклопе — дический словарь братьев Гранат. Т. 45. Ч. 3. М. : б. г. Стб. 807; Большая советская энциклопедия. Т. 29. М., 1978. С. 111; Советская историческая энциклопедия. Т. 15. М., 1974. С. 874; Черняева А. М. Летопись семьи Черняевых // Русский архив. 1909. № 2. С. 193—194.

3 Черняева А. М. Летопись семьи Черняевых. С. 197—200; Черняев М. Г. Наше военное воспита — ние // Русский Вестник. 1890. № 1.

4 Черняев М. Г. Во время русско-турецкой войны. 1853—1856 гг. // Русский архив. 1906. № 3. С.456—457.

переведен в распоряжение оренбургского генерал-губернатора. В 1858 г. офицер комaндовал отрядом, посланным на помощь жителям Кунграда, восставшим против хивинского хана, а в

1859 г. был комaндирован на Кавказ, хотя вскоре опять вернулся в Оренбургский край — уже

начальником штаба. Тогда перед Россией стояла задача соединить две укрепленные линии: оренбургскую и сибирскую. Для осуществления этого М. Г. Черняев был назначен комaнди — ром особого Западносибирского отряда. Небольшой отряд под его комaндованием занял кре- пость Аулие-Ата, затем в июле 1864 г. — Чимкент и двинулся к Ташкенту.

Продвижением российских войск в Среднюю Азию была серьезно обеспокоена Англия, которая стала оказывать давление на министра иностранных дел России А. М. Горчакова. В итоге из Петербурга последовало предписание воздержаться от активных действий до особо — го распоряжения. М. Г. Черняев позже вспоминал: «Я положил депешу в карман и овладел Ташкентом» 5. Строптивый комaндир отряда решил действовать на свой страх и риск и ночью в июле 1865 г. штурмом взял Ташкент. Его солдатам (две тысячи человек при 12 орудиях) противостояло стотысячное население города, имевшее более 30 000 вооруженных защитни — ков. М. Г. Черняев был назначен военным губернатором образованной Туркестанской обла- сти 6. Он собирался предпринять необходимые меры против враждебных действий бухарско — го эмира, который требовал, чтобы русские оставили Ташкент, угрожая им священной вой — ной. Военные победы упрочили за решительным генералом славу завоевателя Туркестана. О подвигах его войск сложились в Средней Азии легенды 7. Военные успехи отряда М. Г. Чер — няева произвели большое впечатление в России и в Европе. В результате А. М. Горчаков, стремясь успокоить Англию, осудил действия российского генерала. В 1866 г. Михаил Григо — рьевич был отозван из Туркестанской области в Москву 8.

Здесь смелый и удачливый полководец, чтобы иметь определенное занятие и заработок

для содержания семьи, вынужден был стать нотариусом, а в 1873 г. приобрел издававшуюся в Петербурге консервативную газету «Русский мир» и занялся журналистикой. М. Г. Черняев стоял на славянофильских позициях. Коллеги и не только оставили немало воспоминаний о Михаиле Григорьевиче, почти исключительно хаpaктеризуя его как деликатного и приветли — вого человека, который боялся обидеть кого-либо, особенно стоявшего ниже на социальной лестнице 9.

Весной 1875 г. началось национальное движение в Герцеговине и Боснии. Российское правительство пыталось дипломатическими средствами урегулировать разразившийся кри — зис. В обществе же росло сочувствие к борющимся народам Балкан. Эти события невольно вернули М. Г. Черняева к активной военной деятельности. Вначале стали распространяться слухи, что на Балканы готов отправиться отставной генерал М. Г. Черняев. Шеф жандармов П. А. Шувалов даже пригласил его к себе и взял с него подписку «о невыезде». Уже в феврале

1876 г. Михаил Григорьевич прибыл в Москву, где сразу стал своеобразным «знаменем» дви- жения в защиту славян. Получив согласие сербского митрополита, он в апреле 1876 г. тайно выехал из Москвы в Сербию и в июне прибыл в Белград, став главнокомaндующим сербской

армией 10.

5Мозер Г. В странах Средней Азии. Путевые впечатления Генриха Мозера. 1882—1883 гг. // Русская старина. Т. 57. № 1. С. 148.

6 Черняева А. М. Государь император Александр III и М. Г. Черняев // Исторический вестник. 1909. Т. 118. № 10. С. 152—157.

7 Мозер Г. Указ соч. С. 148.

8 Черняева А. М. Государь император Александр III и М. Г. Черняев. С. 154; Черняева А. М. Г. Чер — няев в Кишиневе // Исторический вестник. 1913. Т. 132. № 6. С. 910—917.

9 Стахеев Д. И. Группы и портреты // Исторический вестник. 1907. Т. 107. № 2. С. 465—467.

10 Дурново Н. К истории сербско-турецкой войны 1876 года // Исторический вестник. 1899. № 2. С. 531, 535.

Оценки деятельности М. Г. Черняева на этом посту противоречивые. В них больше нега — тивного в адрес его штаба в Сербии, хотя сам генерал назывался «знаменем, около которого группировались русские добровольцы», «архистратигом славянской рати» 11. Хаpaктерной особенностью абсолютно всех мемуаров того времени о М. Г. Черняеве является противопо — ставление его и сербской армии. Несмотря на неудачи в войне, личность самого генерала всегда оценивалась очень высоко.

После поражения сербской армии главнокомaндующему оставалось только покинуть

Белград и возвратиться на родину. Однако М. Г. Черняеву был запрещен обратный въезд в Россию, и он остался за границей. В декабре 1876 г. Михаил Григорьевич оказался в Праге. Популярность его была очень велика. Чехи даже хотели устроить в его честь большой банкет, однако австрийские власти были испуганы этим и сделали все, чтобы генерал в срочном порядке выехал из Праги и Австрии 12. Ему пришлось около трех месяцев скитаться по Евро — пе, посетить Китай и Японию. В Японии его принимало правительство как почетного гостя, а микадо прислал звезду ордена Восходящего Солнца 13.

После того как 12 апреля 1877 г. Россия объявила войну Турции, М. Г. Черняев был вызван

Читайте также:  Оскар кучера биография личная жизнь дети фото биография

в Кишинев, куда он приехал из Парижа (15 апреля 1877 г.) с надеждой попасть в действую — щую армию. В Кишиневе генерал был принят императором Александром, во время которой тот высказал ему упреки за участие в сербской войне. Однако уже 17 апреля М. Г. Черняев был восстановлен на военной службе, но его направили не на Балканы, а на Кавказ — ожидать возможной там вакансии. Таким образом, он был отстранен от участия в военных действиях против Турции.

После войны Михаил Григорьевич с семьей переехал в Москву. Российское общество приветствовало его приезд, ему даже было посвящено немало стихов 14. Современники ха — paктеризовали его как неординарную личность: лицо «дышало благородством и спокойстви — ем», «в нем не сквозило ни малейшей рисовки, ничего такого, что говорило бы о тщеславии, о самомнении, о нескромности», «наружность <…> была вовсе не из красивых», «простое лицо», «весьма выразительные черные глаза», «человек с большим хаpaктером, с непреклон — ною волей, настойчивый, требовательный, крутой и, пожалуй, упрямый» 15.

М. Г. Черняев поступил в распоряжение Генерального штаба, но никакой должности не

получил. Только в мае 1882 г. по распоряжению Александра III он был назначен туркестанс — ким генерал-губернатором. По дороге в Ташкент Михаил Григорьевич произнес в Самаре небольшую речь, рисующую его внутренний облик: «Меня встречают, чувствую, ласкают, но за что же? Если за взятие Ташкента, то Ташкент не принес еще пользы России <…>; если за Сербскую кампанию, то Сербский вопрос закончился Берлинским конгрессом. За что же меня ласкают? Мне думается за то, что я и думаю, и чувствую, и действую по-русски. Но мыслить, чувствовать и делать по-русски не значит ставить Китайскую стену между Россией и Европой. Это не исключает пользы сближения с иностранцами. Пускай иностранцы при- ходят к нам в Россию и заpaбатывают себе хлеб на русской земле; но желательно, чтобы иностранцы на пороге России оставляли мысль о муштре и не думали учить нас» 16.

В Туркестанском генерал-губернаторстве М. Г. Черняев намеревался осуществить адми — нистративные реформы, строительство Сибирской железной дороги. Однако этим планам не

суждено было сбыться. Его появление в Средней Азии обеспокоило Англию, которая в это

11 Де! Воллан Г. А. Очерки прошлого // Русская старина. 1916. Т. 165. № 4. С. 30.

12 Нагловский Д. С. Кишиневское сидение // Русская старина. 1902. Т. 112. № 11. С. 252.

13 Черняева А. М. М. Г. Черняев в Кишиневе. С. 910—913.

14 Вучетич Н. Г. Воспоминание о М. Г. Черняеве // Исторический вестник. 1913. № 4. С. 220—221; М. Г. Черняев в Москве // Русский архив. 1906. № 3. С. 486—487.

15 Вучетич Н. Г. Воспоминание о М. Г. Черняеве // Исторический вестник. 1913. № 4. С. 214—221.

16 Черняева А. М. Летопись семьи Черняевых. С. 207.

время спровоцировала конфликт на афганской границе. Бухарский эмир обратился за помо — щью к М. Г. Черняеву, который хотел выступить ему на помощь. В результате возникли серьезные разногласия с военным министром. Российская дипломатия постоянно опасалась военного столкновения с Англией в Средней Азии. В результате генерал-губернатор в 1884 г. был отозван из Туркестана. Приехав в Петербург, М. Г. Черняев имел аудиенцию у Алексан — дра III, которая завершилась его отстранением от должности. Из-за противоречий с Военным министерством в 1886 г. последовала отставка со службы. Уже в 1890 г. бывалый военный был назначен члeном Военного совета, однако на его заседаниях Михаил Григорьевич так никог — да и не был 17.

После своей отставки М. Г. Черняев занялся покупкой своего прежнего родового имения Тубышки, проданного после Крымской войны по поручению его отца. В 1887 г. ему удалось вновь приобрести Тубышки, где он жил до конца своих дней. Он добился восстановления в своем имении самостоятельного православного церковного прихода и постоянно с внимани — ем относился к нуждам храма: выписал из сербского монастыря Св. Романа иконостас по — ходной церкви и утварь, подаренные и посланные генералу москвичами еще в 1876 г. Миха — ил Григорьевич построил каменную колокольню, для которой С. Т. Морозов пожертвовал прекрасные колокола, открыл за свой счет церковно-приходскую школу для более 70 учени — ков, собирался открыть и ремесленное училище 18. В своем письме, написанном незадолго до cмepти, он выразил свою последнюю волю: «быть похороненным без всяких знаков отличия на гробе и за гробом, умаляющих значение cмepти» «или <…> близ Ташкента, где мною решена судьба Средней Азии, или в Тубышках возле церкви» 19. 4 августа 1898 г. он скончался и был похоронен у стен храма в Тубышках, где покоились его дед, братья, родственники.

Таким образом, без преувеличения можно говорить о том, что Михаил Григорьевич Чер-

няев — личность неординарная, бескорыстная, правдивая, честная, смелая. Он не умел и не хотел приспосабливаться к желаниям и понятиям правящих кругов, придворных разного рода и звания. Он был прям и упорен в своем поведении, даже если его своенравие разрушало карьерный рост. И даже несмотря на столь большие карьерные перепады он смог немало сделать для укрепления позиций России в сложной геополитической борьбе того времени. Благодаря М. Г. Черняеву стремительно была завоевана Туркестанская область, именно с его активных действий началось освобождение южных славян от турецкого ига. В судьбе М. Г. Чер — няева отразились важнейшие моменты истории России, в то же время личность самого гене — рала оказала влияние на определенные исторические события. Для составления биографи — ческого очерка о М. Г. Черняеве большое значение имеют сохранившиеся опубликованные письменные источники. К ним, прежде всего, следует отнести мемуарную литературу (в том числе воспоминания его дочери, дневник самого М. Г. Черняева), которые требуют очень серьезного анализа и сопоставления. «Писать биографию» Михаила Григорьевича Черняе — ва — значит уточнять одни из самых сложных и противоречивых страниц российской и евро — пейской истории. В том числе через историю рода Черняевых и биографию самого Михаила Григорьевича возможно привнести много нового в социально-экономическую, да и полити — ческую историю неоднозначно тpaктуемого периода адаптации «новоприсоединенных» бе — лорусских земель к устоям Российской империи.

В. В. Сергеенкова, доцент кафедры истории России

Белорусского государственного университета

Материал взят из: Научное издание Российские и славянские исследования Выпуск VIІI