Дневник бывшей жены читать

Почему насилие в семье стало нормой российской жизни?
Каждые сорок минут в мире от насилия страдает женщина.

Чаще всего ее унижает и бьет ее собственный партнер.

Большая часть этих униженных и оскорбленных женщин живут в России.

Впрочем, женщины России как раз и не попадают подчас в общую статистику. Просто потому, что не привыкли жаловаться. Подружке на ушко, поплакать в подушку, строчку в дневник написать…

Скажи им — ноги в руки и беги, пока не прибил, — не хотят, жмутся.

Куда? В милицию с заявлением — так пошлет их милиция. Нет трупа — и дела нет.

Да и не пойдет она в милицию. Не принято это в нашем отечестве

Бьет — значит любит. И идите вы, дeвyшка, с вашими “любовными играми” куда подальше…

А может, регулярно избиваемых в семье женщин и в самом деле все устраивает?

Депутаты рассказывали, что когда-то, еще при предыдущих созывах Думы, на повестке дня уже рассматривался законопроект о насилии в семье. Так его засунули в самый дальний угол. Причем депутаты обоих полов.

Когда в стране дефолт, кризис и множество других проблем — кого интересует мужской кулак, занесенный над женщиной? Слишком мелкая тема.
Что хотим, то и получаем.

Молодая женщина вела дневник после свадьбы. В нем она писала о том, как избивает ее муж. День за днем, год за годом — долгих четыре года.
Последняя запись в дневнике — последний день ее жизни, 9 августа 2007-го. В этот день 23-летнюю Татьяну Матуськину из Ульяновска муж забил до cмepти.

О том, как живется ей за мужем, молодая женщина — что женщина, девчонка 19-летняя — родителям особо не рассказывала.
Но с родными сестрами Олей и Полиной Таня все-таки делилась. “Бьет он меня, не знаю, что и делать!”
Поздно пришла с рынка — разбил в кровь губу.
Задержалась у подружки — бил всю ночь.
А если чуть выпил, тут уж для дpaки и повода особого не надо…
Но пил супруг, правда, мало — Таню это удерживало. У других ведь пьют и бьют. А у нее хотя бы не пьет.

Первая беременность закончилась выкидышем. Владимир пришел домой с двумя банками пива, сел перед телевизором.
Таня попросила глоток, страшно захотелось пива, бывают причуды у беременных женщин. Набросился на нее с кулаками. Вызвали “скорую”.

Через два месяца Таня забеременела снова. Если верить дневнику, в это время муж ее почти не бил. И она ничего в свою тетрадь не писала.

Влада родилась в мае 2007-го. Спустя два месяца, 7.07.07, должны были идти на свадьбу к друзьям. Но не с кем было оставить грудную дочь. Из-за сорвавшейся гулянки Владимир опять избил Татьяну. После родов впервые.

Почему же ты все терпела, Таня? Чего ждала?

8 августа 2007 года. За день до cмepти. “Мой день рождения! Ненавижу его. Он всегда заканчивается скандалом. Мы с Полиной (сестрой. — Авт.) пошли провожать Алену (подругу. — Авт.). Он был уже пьян. Не дала 20 рублей на пиво. Избил, кажется, даже Влада ударилась. Все-таки остался с ребенком. Но меня два часа потом не пускал домой. Мы с Полиной уже хотели спать в сарае, но я боялась за Владу”.

Утром Таня, как всегда, нянчила дома дочку. В гостях была золовка, сестра мужа.

Покормила Владу гpyдью. Снова открыла тетрадь. “Придурок. Ненавижу его. Когда в следующий раз? Почему я не ушла, когда он ударил меня в первый раз?”
Таня захлопнула дневник и положила его в шкаф — в свое тайное местечко, под постельное белье.

Вечером снова была ссора. Владимир повалил жену на пол, она ударилась о спинку кровати, поднял — снова ударил, снова, снова…

— Таня в тот вечер долго не хотела ложиться спать, — вот как рассказывает сам виновник о произошедшем. — Поэтому мы с ней поругались. Я ее случайно толкнул, она упала и ударилась. Я привел ее в ванную, чтобы замыть рану на голове. Там она опять упала и еще раз ударилась. Я ее уложил спать и сам лег спать.

На следующий день Владимир уехал на работу в Димитровград. Таня осталась лежать в кровати. Родственница мужа к ней, по ее собственным словам, не подходила.
Лежит, молчит — и пусть себе.

Вернулся Владимир — строптивая жена признаков жизни не подавала. Наконец поздно вечером вызвали “скорую”…

Таня была в коме. Уже двадцать часов.
Увезли в реанимацию, но поделать было ничего нельзя. Начался отек мозга.
Так, не приходя в сознание, молодая женщина скончалась.
“Я толкнул ее первый раз в жизни”, — показал убитый горем муж на следствии.
Он говорил, что безумно любил жену. Он говорил, что жизни себе без нее не представляет.
Семь с половиной месяцев длилось следствие. Вначале квалифицировали как умышленное убийство. Затем более тяжкую статью переписали на 109 УК РФ — убийство по неосторожности.
Владимир искренне бил себя в гpyдь.
На суде, говорят, даже заплакал навзрыд — и у всех сложилось впечатление, что он хороший парень.
Не разбойник с большой дороги, не рецидивист. Первая судимость. В чистых гoлyбых глазах — море страдания. Грудная дочка на руках. Вину осознал и больше не будет.
В сентябре 2008 года безутешного вдовца осудили на… год колонии-поселения.Читайте также:  Жена встретилась с бывшим

Ему дали всего год колонии-поселения — за причинение cмepти по неосторожности. Суд над убийцей состоялся в сентябре 2008-го. Дневник убитой женщины в деле не фигурировал. Ненайденный, он дожидался своего часа в шкафу.

В сентябре 2009-го Владимир Матуськин вышел на свободу.

Как только Владимир уехал отбывать срок, теща Валентина забрала дочкины вещи из пустующей квартиры.
Глядь — а в шкафу тетрадь, исписанная Таниным почерком…

Дело прошлое — надо поднимать внучку.
Когда мамы не стало, Владе исполнилось всего три месяца.
Родительских прав Владимир не был лишен, поэтому, как только замутилось следствие, он увез дeвoчку к матери в Татарстан.
Родители Тани все же нашли в себе силы, официально оформили опеку над внучкой, забрали Владу домой.
На всю эту катавасию и ушел тот год, что был положен Матуськину по суду.
Владимир вернулся и затребовал двухлетнюю Владу обратно.
“Я люблю свою дочку так же сильно, как любил Таню, — повторяет он без конца. — Я имею возможность ее воспитать. Сейчас у меня есть гражданская жена, которая заменит дeвoчке родную мать. Я хожу навещать дочку к дедушке и бабушке, бананы ей приношу, конфеты. А эти, едва увидев меня, начинают кричать, натравливают на меня Владу. Вот ведь изверги!”
Деньги же, которые положены от отца на воспитание малышки, Владимир, по его собственным словам, опекунам не дает, складывает на сберкнижку — на будущее.
“Вырастет дочь и увидит, что я заботился и помнил о ней. А бывшей теще деньги не дам, зачем они ей?! Это все для Владочки”.
Действительно, зачем двухлетнему ребенку деньги — разве она кушает и одевается?
Вот исполнится 18 лет, тогда и узнает, как любил ее папа. Правда, с учетом инфляции.
— Матуськин нам должен по суду уже больше 350 тысяч рублей алиментов. Да мы больше получали от государства, пока он сидел, — говорят Маркеловы. — И не нужны нам его поганые рубли, пусть подавится — лишь бы внучку оставил в покое.

А недавно Матуськин подал иск с требованием вернуть дочь… И ведь вернут! Роительских прав его не лишали.

Вот такая страшная история.
Бьет — значит любит. Известная народная “мудрость”.
Убил — видимо, очень сильно любил.
Женщины, сколько можно терпеть терпеть насилие?!

Валентина была прекрасна. Ее страстью были скорость и риск, она шла к победе любой ценой, играла страстями мужчин, смеясь над ними. Глеб бросился к ее ногам, забыв о невесте, о былой любви и клятвах верности… И вот Валентина убита. Ее обнаженное тело, искромсанное ножом, осталось лежать в спальне дома, где она жила с Глебом. Рядом находился мертвый любовник. Внезапно появившийся дома муж, жена, любовник, убийство… Наверняка именно так обстояло дело. Однако Глеб настаивает на своей невиновности. И приполз он за помощью именно… к Рите, бывшей невесте, которую столь вероломно выбросил когда-то из своей жизни! Неужели он и сейчас, спасая собственную шкуру, хочет воспользоваться ею, ее былой любовью?..

Лариса Соболева

Дневник чужой жены

Глава 1

Говорят, тридцать три года для мужчины возраст кризисный. То ли заболеешь, то ли попадешь в скверную ситуацию, из которой если выкарабкаешься, считай, Фортуна к тебе благосклонна. Глеба Печернина можно было назвать баловнем судьбы, он прочно уселся на колесо Фортуны и несся вскачь, а о таком здоровье, как у него, – можно было только мечтать. Благодаря отцу и дяде у него было полно денег, а именно они делают человека независимым и стабильно-уверенным. В чем уверенным? Да в том, что мир создан исключительно для него. На Глеба, образно говоря, с неба свалились деньги, сам-то он не очень тяготел к работе. И слава богу, что есть небо, откуда сыплются деньги, которые он бездумно тратит, как часто упрекает отец, да и дядя тоже. Но деньги для того и существуют, чтобы их тратить, Глеб это прекрасно усвоил. У него есть жена-красавица, которая ничего не делает и ничего не умеет, да и необязательно ей что-то делать. Правда, у нее скверный хаpaктер, стопроцентная пофигистка. Ей бы выкурить сигаретку, потрепаться за бокальчиком мартини, ну, в охотку лениво закатить скандальчик, на остальное плевать. Так ведь красавица. За это ей прощается многое. Что еще? Домик! Как же, как же! У любимца Фортуны обязательно должен быть собственный домик хотя бы из двух этажей. Вот и Глеб выстроил небольшой домик всего из двух этажей. Чего же у него нет? Детей? Будут. Правда, его родители жаждут срочно заиметь внуков, подгоняют, но Валентина всякий раз при упоминании о детях тоскливо зевает. Да и Глеб считает, что эти радости впереди, куда торопиться?

В один из мартовских вечеров Глеб был голоден, как лев, и счастлив, как мальчишка. Ну, первое понятно – времени было около десяти, а он в пять часов пил лишь кофе, намереваясь поесть на банкете. Работа челюстями – это хоть какое-то занятие на заурядной попойке, где лица одни и те же, разговоры тоже, от скуки можно подохнуть. Однако планы резко изменились. Какой же болван поедет на пьянку, когда тебе пригнали джип «Тойота Лендкрузер»? Глеб не отказал себе в удовольствии сесть за руль, а банкет послать к чертям собачьим. Он в упоении колесил по городу целый час, когда же голод обострился, направился домой. Насвистывая полюбившуюся мелодию, он легко и пpaктически бесшумно катил по улицам, мечтая похвастать перед женой приобретением. На банкет она отказалась идти из-за недомогания, дома сидит. Кстати, не мешает отметить появление новой игрушки, разбить о джип бутылочку шампанского, так сказать, дать дорогу в жизнь автомобилю.

Читайте также:  Певица бывшая жена футболиста алдонина

На светофоре тормознул, открыл окно, чтобы вдохнуть свежего воздуха, а в салон ворвались выхлопные газы, смешанные с мартовским холодом. Весной и не пахло, она как будто забыла про этот край, где в марте всегда тепло. Глеб нажал на кнопку, и стекло отделило его от улицы. Решив предупредить жену, чтобы она позаботилась об ужине, набрал на сотовом телефоне номер. Длинные гудки его насторожили. Дома никого нет? Глеб в сердцах бросил телефон на сиденье рядом, разозлившись не на шутку. Куда это ушла Валентина в такой час? Какие у нее могут быть дела на ночь глядя да еще с больной головой? Ревнивому человеку – а таким Глеб и был – отсутствие жены поздним вечером представлялось в дурном свете. Ну на самом деле, магазины давно закрыты, Валентина не работает, когда идет к подругам – предупреждает. Где она может быть? Он прибавил скорость, и автомобиль понесся к дому.

Джип не поставил в гараж – не терпелось попасть домой. Выскочив из авто и, поднимаясь по ступенькам, достал ключи, вставил в замочную скважину… Опа-на! Дверь не заперта! Это называется: заходи, кто хочет, и бери все, что попадется под руку.

Свет горел в гостиной, значит, дорогая и законная только-только пришла домой. Интересно, где она шлялась? В кухне-столовой свет не горел, поэтому Глеб не стал даже заходить туда, а направился сразу наверх. Наверняка она в спальне переодевается. Взбежав по лестнице с твердым намерением потребовать от супруги отчета – где была, почему обманула, придумав головную боль, и какого черта бросает открытым дом, – Глеб толкнул ногой дверь спальни и… несколько опешил. В спальне стояла темень. Шаря по стене в поисках выключателя, он споткнулся о какой-то предмет, чертыхнулся про себя, но вот нащупал квадратную клавишу, ударил по ней пальцем. Свет на долю секунды ослепил, а потом…

То, что увидел Глеб, не поддается описанию! Он замер в оцепенении, словно некто выключил его, как выключают электрический прибор. Глеб перестал что-либо чувствовать и соображать… А в ванной шумела вода. Душ. У них в доме две ванные комнаты – внизу и наверху рядом со спальней. В ванной текла вода, а у Глеба в венах застыла кровь, казалось, все жилы под кожей вот-вот лопнут. Не в силах сдерживать напряжение, он ахнул кулаком по стене и закричал, как от боли…

Нина вымыла руки в дамской комнате, вытирая их, посмотрела на свое отражение. Почти двенадцать ночи было, а выглядела она, как свежий бутончик, не чувствовала усталости, впрочем, энергии в ней – хватит на десятерых. Некоторые знакомые утверждали, что Нина – искра, из которой, не приведи бог, возгорится пламя. В самом деле, Нина все делала быстро, решения принимала мгновенно, если ошибалась, тут же находила массу выходов, умела наладить контакты с самыми разнообразными людьми и не имела привычки впадать в уныние. Да, теперь она никогда не унывала.

Подумать только, еще два года назад она была на грани помешательства. Нина осталась тогда без любимого (вот бы черт прокрутил его в мясорубке!), без работы, без малейших перспектив. И это произошло в двадцать шесть лет! Приятельница помогла устроиться на работу… менеджером по уборке. Замечательно, что есть такие красивые слова! Особенно если не знаешь, как на самом деле это выглядит. А выглядит так: приходишь утром в офис, берешь швабру, тряпку, веник и вперед – на ниву менеджмента! То есть на уборку офиса пoxoтливого хорька, считавшего своим долгом хлопнуть Нину по попке или зажать в углу, когда она попадалась ему в темном месте. Нина терпела, стиснув зубы. Потому что семьсот рублей на дороге не валяются. За коммуналку хоть и немного платить приходилось, а все же плати. Да и есть надо, пусть два раза в день, пусть кашу и хлеб, но есть. Без еды еще никто не пробовал прожить долго. Это приятельница уговорила пoxoтливого хорька написать в трудовой книжке Нины должность «менеджер по уборке», а то как-то несолидно человеку с высшим образованием иметь запись «уборщица». Слава богу, что хорек только прижать и мог, а то бы Нина опять осталась без работы, потому что спать с ним не согласилась бы ни за какие коврижки. Зато всем, без исключения, он хвастал: у меня даже уборщицы с высшим образованием. Но те времена прошли безвозвратно. Какое счастье, что в жизни бывают чудеса! И теперь Нина из натуральной Золушки превратилась в директора кафе, предпринимателя. Нет-нет, не принца повстречала, с принцами покончено раз и навсегда два года назад. Все, что она сейчас имеет, – благодаря папе, которого даже не знала!

Читайте также:  Бывшая жена грачевского сейчас

  1  

Лариса Соболева

Дневник чужой жены

Глава 1

Говорят, тридцать три года для мужчины возраст кризисный. То ли заболеешь, то ли попадешь в скверную ситуацию, из которой если выкарабкаешься, считай, Фортуна к тебе благосклонна. Глеба Печернина можно было назвать баловнем судьбы, он прочно уселся на колесо Фортуны и несся вскачь, а о таком здоровье, как у него, – можно было только мечтать. Благодаря отцу и дяде у него было полно денег, а именно они делают человека независимым и стабильно-уверенным. В чем уверенным? Да в том, что мир создан исключительно для него. На Глеба, образно говоря, с неба свалились деньги, сам-то он не очень тяготел к работе. И слава богу, что есть небо, откуда сыплются деньги, которые он бездумно тратит, как часто упрекает отец, да и дядя тоже. Но деньги для того и существуют, чтобы их тратить, Глеб это прекрасно усвоил. У него есть жена-красавица, которая ничего не делает и ничего не умеет, да и необязательно ей что-то делать. Правда, у нее скверный хаpaктер, стопроцентная пофигистка. Ей бы выкурить сигаретку, потрепаться за бокальчиком мартини, ну, в охотку лениво закатить скандальчик, на остальное плевать. Так ведь красавица. За это ей прощается многое. Что еще? Домик! Как же, как же! У любимца Фортуны обязательно должен быть собственный домик хотя бы из двух этажей. Вот и Глеб выстроил небольшой домик всего из двух этажей. Чего же у него нет? Детей? Будут. Правда, его родители жаждут срочно заиметь внуков, подгоняют, но Валентина всякий раз при упоминании о детях тоскливо зевает. Да и Глеб считает, что эти радости впереди, куда торопиться?

В один из мартовских вечеров Глеб был голоден, как лев, и счастлив, как мальчишка. Ну, первое понятно – времени было около десяти, а он в пять часов пил лишь кофе, намереваясь поесть на банкете. Работа челюстями – это хоть какое-то занятие на заурядной попойке, где лица одни и те же, разговоры тоже, от скуки можно подохнуть. Однако планы резко изменились. Какой же болван поедет на пьянку, когда тебе пригнали джип «Тойота Лендкрузер»? Глеб не отказал себе в удовольствии сесть за руль, а банкет послать к чертям собачьим. Он в упоении колесил по городу целый час, когда же голод обострился, направился домой. Насвистывая полюбившуюся мелодию, он легко и пpaктически бесшумно катил по улицам, мечтая похвастать перед женой приобретением. На банкет она отказалась идти из-за недомогания, дома сидит. Кстати, не мешает отметить появление новой игрушки, разбить о джип бутылочку шампанского, так сказать, дать дорогу в жизнь автомобилю.

На светофоре тормознул, открыл окно, чтобы вдохнуть свежего воздуха, а в салон ворвались выхлопные газы, смешанные с мартовским холодом. Весной и не пахло, она как будто забыла про этот край, где в марте всегда тепло. Глеб нажал на кнопку, и стекло отделило его от улицы. Решив предупредить жену, чтобы она позаботилась об ужине, набрал на сотовом телефоне номер. Длинные гудки его насторожили. Дома никого нет? Глеб в сердцах бросил телефон на сиденье рядом, разозлившись не на шутку. Куда это ушла Валентина в такой час? Какие у нее могут быть дела на ночь глядя да еще с больной головой? Ревнивому человеку – а таким Глеб и был – отсутствие жены поздним вечером представлялось в дурном свете. Ну на самом деле, магазины давно закрыты, Валентина не работает, когда идет к подругам – предупреждает. Где она может быть? Он прибавил скорость, и автомобиль понесся к дому.

Джип не поставил в гараж – не терпелось попасть домой. Выскочив из авто и, поднимаясь по ступенькам, достал ключи, вставил в замочную скважину… Опа-на! Дверь не заперта! Это называется: заходи, кто хочет, и бери все, что попадется под руку.

Свет горел в гостиной, значит, дорогая и законная только-только пришла домой. Интересно, где она шлялась? В кухне-столовой свет не горел, поэтому Глеб не стал даже заходить туда, а направился сразу наверх. Наверняка она в спальне переодевается. Взбежав по лестнице с твердым намерением потребовать от супруги отчета – где была, почему обманула, придумав головную боль, и какого черта бросает открытым дом, – Глеб толкнул ногой дверь спальни и… несколько опешил. В спальне стояла темень. Шаря по стене в поисках выключателя, он споткнулся о какой-то предмет, чертыхнулся про себя, но вот нащупал квадратную клавишу, ударил по ней пальцем. Свет на долю секунды ослепил, а потом…

То, что увидел Глеб, не поддается описанию! Он замер в оцепенении, словно некто выключил его, как выключают электрический прибор. Глеб перестал что-либо чувствовать и соображать… А в ванной шумела вода. Душ. У них в доме две ванные комнаты – внизу и наверху рядом со спальней. В ванной текла вода, а у Глеба в венах застыла кровь, казалось, все жилы под кожей вот-вот лопнут. Не в силах сдерживать напряжение, он ахнул кулаком по стене и закричал, как от боли…

  1